Август 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июл    
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  
Архивы

Рубрика:

Удивительный и неизвестный Николаевский железоделательный завод

Этот завод, который начали строить еще в 1845 году в Братской волости, давно исчез с лица земли. В 1923 году он был закрыт из-за нерентабельности, а в 60-е годы 20 века и вовсе затоплен. Но и сегодня Николаевский завод вызывает самый живой интерес  у историков, краеведов и у простых братчан.

NIKOLAEVSKIE ZAVOD

Заведующая музеем истории политической ссылки Маргарита Тулякова с большим вдохновением провела нам экскурсию по экспозиции, посвященной заводу. Она неоднократно отмечала, что многие экспонаты, а их здесь сотни, подарены жителями Братска и Братского района. От кусочков застывшего шлака и древесного угля, используемых когда-то в производстве, до массивных  надгробных плит, выпускаемых на заводе, — здесь представлена богатейшая коллекция предметов, а также фотографий, различных документов и т.д.

С чего все начиналось?

В начале 19 века чугун и железо в основном добывали на Урале. К этому времени началось активное освоение Сибири, и в восточную ее часть потянулось множество крестьян. Все они нуждались в самом насущном – сельскохозяйственном инвентаре. К тому же на Лене были открыты золотые прииски, и возникла потребность в золотопромывочных машинах. Везти все это с Урала было крайне нерентабельно, и  тогда на государственном уровне решили строить завод в Восточной Сибири. Почему выбрали Братскую волость? Близость Ангары как важной путевой артерии, а также богатые залежи железной руды (в породе братской земли содержалось свыше 60% железа), наличие огромных лесных массивов – эти факторы стали одними из решающих в вопросе выбора площадки.
К строительству завода подключили уральских ссыльнокаторжных. Свое название будущий завод приобрел неслучайно: подготовка площадки началась 9 мая – в день Николая Чудотворца и потому производство нарекли Николаевским. Огромное количество деревянных корпусов запечатлено на фотографиях. С виду завод, конечно, сильно отличается от тех, какие мы привыкли видеть. Территория похожа на большую деревню, и люди жили буквально при заводе. Здесь же держали лавки, где торговали и продукцией завода, и другими товарами. Посередине поселка протекала река Долоновка, на которой были установлены два больших колеса, они вращались и приводили в движение паровые молоты, используемые в основном производстве завода.
С запуском производства в эксплуатацию в 1847 году рабочий поселок, который так и назывался «Николаевский завод», стал активно развиваться. Вольные крестьяне, которые жили на этой территории, получили возможность зарабатывать деньги подвозом руды и древесного угля. В лучшие годы на территории завода проживало до 5,5 тысяч человек. Также руду открытым и закрытым способом добывали каторжники.
Интересен был процесс выплавки железа. В большую яму засыпались слоями древесный уголь и руда, и так выплавляли металл. Затем кричным способом при помощи паровых молотов из него уже изготавливали изделия. Любопытно, что вырубка тайги в те времена была почти незаметной: крестьяне активно занимались лесовосстановлением, о чем свидетельствуют ровные посадки в местах добычи древесного угля в 19 веке.

Ассортимент  поражает!

Продукции, выпускаемой на заводе, можно посвятить отдельную главу. Чего стоят только 13 пароходов, изготовленных на заводе для сибирских рек. Делали здесь и локомотивы. Для столь сложного производства приглашались лучшие инженеры и рабочие с Урала. Но основными видами продукции, конечно, были сельхозинвентарь и домашняя утварь. Чугунки, сковороды, кувшины, ножи, топоры, ножницы, дверцы от поддувала, вафельницы  и даже огниво-кресало – прототип современной зажигалки — хранятся в фонде музея. Ассортимент поражает… На современных заводах такого, конечно же, нет. Обычно предприятие выпускает что-то одно или небольшую линейку схожей продукции. Но в те времена универсальность производства была обусловлена необходимостью.
Расцвет завода пришелся на время управления Николая Егоровича Глотова – талантливого менеджера и настоящего энтузиаста 19-го века, который поднялся из крепостных. Он был главным двигателем завода и увлеченным изобретателем. Именно при нем предприятие стало выпускать пароходы. По сведениям историков, Глотов увлекался фотографией и благодаря этому мы сегодня имеем представление о Николаевском заводе. В Якутии уже в 21 веке Глотову был  установлен памятник как человеку, внесшему большой вклад в освоение этой земли.
Но даже такая любовь и преданность делу не могли решить текущих проблем производства. А заключались они главным образом в том, что подобные заводы постоянно нуждались в модернизации. В 19 веке российские промышленники были заинтересованы в поиске изготовления хорошей стали. В то время ее покупали в Германии и Англии. На Николаевском заводе тоже со временем научились делать сталь, но на прибыли это особо не сказалось. Менялись собственники… Одно время заводом  владел иркутский купец Сергей Трапезников, вложивший более 1 млн рублей в обновление завода,  и даже Савва Мамонтов. Правда, в Братской волости известный купец и меценат никогда не был.

Транссибирский заказ

С принятием решения о строительстве транссибирской железной дороги Николаевский завод пережил второе рождение. Под так называемый готсзаказ была построена вторая очередь завода. Новониколаевский завод был призван выполнить заказ на изготовление 3 млн рельсов для железной дороги. Ранее братские рельсы частично были заложены и на Кругобайкальской железной дороге. Также на Николаевском заводе были изготовлены конструкции для «горбатого» моста КБЖД – его можно видеть по сей день.
В годы гражданской войны на Николаевском заводе лили пушки и даже делали винтовки. В общем, чего только не видел этот завод на своем веку! Но советсткую власть и развитие промышленности в СССР он не пережил.
— Завод не выдержал конкуренции. Появилась железная дорога, продукция стала массово поступать в наши края с Урала. Завод закрыли, — говорит старший научный сотрудник музея Людмила Телешун.

Люди  помнят Прочитать остальную часть записи »

Документальный фильм о Карайском восстании 1930 года: «ПО ОБЕ СТОРОНЫ ПРАВДЫ»

Фильм с таким названием,  совместного производства краеведческого объединения «Прибрежный.ru» детской экспериментальной  творческой мастерской «Студия «ШКОЛА –TV» и школьного образовательного канала «ШКОЛА- TV», оказавшийся в моей видеотеке более двух лет назад,  когда  и сайта  «Голос Братска» еще не было, попался мне вновь на глаза.

Не берусь судить о качестве школьного фильма, отснятого в 2005 году: сценарии, режиссуре, работе оператора, монтажера и других тонкостях документального кино, потому что  фильм, как мне показалось, вовсе не претендует на высокую оценку профессионалов. Просто хочу, чтобы вы его посмотрели.

Он об одной из горьких, драматических  страниц нашей истории, разделившей в 30-е годы 20-го века  жителей сибирской деревни «Карай» на две враждующие стороны, спор между  которыми — в лице их потомков,  продолжается  и теперь, спустя несколько десятков лет.

Не потому ли авторы фильма призывают  души людские  к очищению, к способности человека понять и простить. Сегодня, когда страна вновь разделена на два лагеря,  когда власть не всегда задумывается о последствиях принимаемых ею решений, а в людских душах поселились жестокость и страх, нам этого так не хватает…

ВИКТОР КАСИЩЕВ.

Часть 1

Часть 2

Часть 3 Прочитать остальную часть записи »

Тангуй – родина моя

 ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ

( Исторический очерк к 290-летию села)

 

Необыкновенными по размаху походами дружины Ермака открылась Восточная Сибирь, которая до этого времени жила почти  в полном безмолвии и неизвестности. По определению К. Маркса, Ермаком «…была заложена  основа Азиатской России».

Служилые люди, пришедшие в среднее Приангарье, основавшие острожные поселения как форпосты на границе с воинственными « брацкими людьми», прочно оседали  на нашей земле и занимались делом отцов и дедов — землепашеством на плодородных почвах. Притягивала их и близость рек со множеством рыбы, богатейшие таежные угодья, полные дичи, зверья и пушнины.

Что вело этих людей в глубь Азиатского материка? Как писал известный историк Сибири П. Н. Буцинский: «Я не разделяю того мнения, что будто бы алчность к наживе вела русских промышленников все дальше и дальше в глубь Сибири. Нет, помимо материальных интересов ими руководил  необыкновенный дух предприимчивости, страсть к рискованным мероприятиям, жажда знаний о том, что таится в неведомых местах».

«Гулящий человек» по имени Пенда с «сотоварищами» в1623 году, поднявшись от Енисея по  реке Нижняя Тунгуска, преодолев Ленский волок, пройдя по земле Якутской до верховьев р. Лена, вышел на Ангару в районе нынешнего Усть-Удинского района и сплавился вниз по ее течению. На Ангаре и ее притоках Пенда имел встречи с местными ангарскими жителями- бурятами и жившими по берегам рек русскими охотниками, промышляющими пушного зверя и ведшими меновую торговлю с тунгусами, видел  несколько заимок и зимовьюшек.

Может быть, уже в это время на левом берегу реки Ия стояла Тангуевская заимка, так она называлась в первые годы основания. Первое упоминание о Тангуе (название это происходит от имени племенного бурятского рода тангут, жившими  на территории нынешнего Аларского района, которые, очевидно, кочуя, передвинулись на северо-запад) встретилось местным краеведам в документах за 1723 год, когда по печатному указу Петра первого от 24 февраля 1722 года проводилась перепись населения.

Поселение это относилось к Брацкому острогу. Было на момент переписи три двора с тремя пашенными крестьянами русского происхождения.

Гибель в пожарах многих документов и особенно ранних дел в государственных архивах не дает возможность установить более точное время возникновения поселения, но тангуйцы в следующем году будут отмечать 290-летие со дня образования своего селения.

Основным признаком пашенного крестьянства являлось наличие земли, двора и семьи. Земля выделялась двору, в котором жила семья, в размере, необходимом для пропитания, для обеспечения государственных повинностей и в пределах трудовых и тягловых возможностей хозяйства. Двор являлся непременным признаком пашенного крестьянина. В нем размещалась семья его самого и подворники, т.е. рабочая сила. Здесь же сосредотачивался тягловый и пользовательный скот, хранились запасы, налаживались орудия труда. Двор позволял самостоятельно решать все производственные задачи, поэтому он ставился нередко обособленно, образуя заимку или однодворную деревню. Пашенный крестьянин часто говорил «моя деревня» вместо «мой двор». Только работоспособная полная семья: с мужчинами, подростками и детьми могла ставить двор- деревню, обрабатывать землю и нести тягло.

Опорой экономики русской государственности, в  частности, Илимского воеводства, куда относилась в ту пору деревня Тангуевская, был пашенный крестьянин. Он был зачинателем  земледелия, впервые ставя опыт по возделыванию стародавних культур в таежном сибирском крае на вечной мерзлоте, и в этом отношении является нашим учителем.

В делах за 1726 год (россыпь №66,св.7лл293-299) собраны сказки крестьян и посадских людей Брацкого острога и их мельницах. Вот одна из них:

«1726 год  генваря  в 18 день. Будучи в Брацку на сьезжем дворе перед подчененным комисаром Иваном Васильевым сыном Добрынским тогож Брацкого острогу Тангуеевской деревни пашенной Иван Распопин сказал: «в прошлых де годех построена де у него, Распопина, на данной его, Распопина, земле, на Теме речке колесчатая мельница, которая де у него, Распопина, вопче з братом ево с Матфеем Григорьевым . А потому де у них, Распопиных, построенного никогда не бывает. Только де они, Распопины, на той мельнице мелют хлебный запас про свою домовую нужду. А с той мельницы оброку платят де оне, Распопины, в казну ее императорского величества, государыни императрицы и самодержицы всероссийской, в Брацку по шти алтын по 4 деньги в год. А сказал я, Распопин, в сей своей сказке самую истину, безо всякие утайки к сей скаске вместо пашенного крестьянина Ивана Распопина, по его велению, Герасим Брянский руку приложил».

Илимская воеводская канцелярия указом 26 декабря 1733 года велела взять сказки у тулунских и брацких крестьян о свободной и пригодной к поселению земле. Крестьяне отвечали, что свободных мест для поселения не имеется.

«…крестьянин деревни Тангуевской, тогда чуть ли не единственный земледелец этого ныне районного села, указал, что его брат просил поселиться в Тулунскую деревню», потому что эта наша тангуйская земля з давних лет выпахалась» ( Фонд 75, олись 2, арх.№ 131).

Крестьянину было трудно быстро осваивать  земли, занятые лесами, поэтому они приходили к выводу, что удобных земель нет.

( Из книги В. Н. Шестобоева «Илимская пашня» Т.1.2. Иркутск, 1949,1957 г.г.)

Постановлением Президиума Восточно-Сибирского краевого исполнительного комитета № 0175 от 15.02.35 г. для руководства одновременно созданным Тангуйским районом образован Тангуйский районный Совет рабочих, крестьянских  и красноармейских депутатов, который располагался в с.Тангуй  Восточно-Сибирского края. Первым председателем Тангуйского райисполкома был Толкачев, секретарем Челозерцев, делопроизводителем Козик.

В состав Тангуйского района вошли 13 сельских Советов: Бадинский, Кардойский, Илирский, Больше-Мальтинский, Тангуйский, Старо-Коронский, Тэминский, Хахарейский, Худобчинский Тулунского района, Кобинский, Варгаликский, Ключи-Булакский, Куватский Братского района (Ф.Р-1,оп.1 д.49.л9), населенные пункты Илир, Беседа, Коронка, Варгалик, Ардей_Загулак, Асанча, Зеленый дол, Раздумово, Старое Жилище, Топорок, Тангуй, Зарбь, Мохнатый, Покосный, Порожки, Белый Свет, Кардой, Карай, Луговой, Чистяково, Тэмь, Солнечный, Барчим, Красный Бор, АТУБЬ, Куватка, Морал, Утузилка, Приречье, Новое Жилище, Старые Коры, Родионовский, Худобок, Александровка, Старый Булук, Прутняк, Бада, Добчур, Прокопьевск, Ендобь, Ключи-Булак, Леоново, Кумейка, Хахарей, Запорожье, Кобь, Ново-Федоровка, Кантин, Сыромятинский, Калининский, Ефимовский, Аргобь (д.20 л.3).

В1946 году Хахарейский сельский Совет объединен с Бадинским, в 1953 году Кардойский объединен с Илирским, Больше-Мальтинский и Старо-Коронский сельсоветы объединены в один: Приреченский, затем территория Приреченского сельсовета передана в Илирский сельсовет. Таким образом, на 01.01.59 года в Тангуйском районе значилось 7 сельских Советов: Бадинский, Илирский, Кобинский, Тангуйский, Варгаликский, Ключи- Булакский.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 17.04.59 г. Тангуйский район упразднен. Территории Бадинского, Илирского, Кобинского,Тангуйского, Тэмского сельсоветов переданы  Тулунскому району, а Варгаликский и Ключи-Булакский сельсоветы – Братскому району. Прочитать остальную часть записи »

Жернова коллективизации: «Кардойское дело» 1930 года

Елизавета Чернова

11/01/2011

Иркутская обл., г. Братск, школа 41, 11 класс
Научный руководитель: Е.И. Шебанова

 

Целью нашей работы является изучение вопросов, связанных с крестьянскими волнениями в деревнях Кардой и Карай Братского района Иркутской области. В документах оно получило название «Кардойское дело» 1.

В хронологическом отношении работа охватывает период с 1927 по 1935 год географически – территорию двух деревень – Кардой и Карай Тулунского района, относящихся сегодня к территории Братского района Иркутской области.

Идея написать работу на эту тему появилась неслучайно: наша семья уже несколько лет имеет свой дом в деревне Карай, поэтому естественно, что до нас дошли слухи о бывшем «когда-то» восстании в этой деревне.

Старожилы деревни не любят разговаривать на эту тему, так как между потомками сельских активистов и участников восстания до сих пор довольно накаленные отношения. Изредка можно услышать от кого-нибудь что-либо вроде «раньше здесь каждый дом был крепостью, потому что вражда была между населением. Да и сейчас, если поискать, можно не в одном доме найти спрятанное оружие. Народ в деревне был богатый, а когда отбирать пришли, отдавать не захотел» 2.

Из архивных документов стало понятно, что восстание было не только в деревне Карай, но одновременно охватило и лежащую в 10 км от нее деревню Кардой, поэтому для того, чтобы получить как можно более полную информацию мы побывали в Кардое.

Государственная сельскохозяйственная политика 1927-1930 годов – фон крестьянского восстанию 1930 года

В 30-е годы коллективизация стала одной из причин крестьянских выступлений, но в 1927-1928 годах одной из главных поводов крестьянских волнений по всей стране явились хлебозаготовки. Существовали в 1927 году и другие причины для крестьянских выступлений, например, в 1927 году был произведен первый государственный заем, ставки которого для зажиточных крестьян с каждым годом росли.

В январе 1928 года партийное руководство приняло новое постановление о самообложении. Коренное отличие этого постановления от предыдущего заключалось в том, что теперь самообложение стало не «добровольной» выплатой крестьянами денег на нужды государства, а одним из обязательных налогов. Причем процент самообложения, как и прочих налогов, стабильно рос.

Нельзя здесь не вспомнить и различные культсборы, производящиеся «для помощи голодающим, борьбы с эпидемическими болезнями, улучшения жизни детей, расширения жилищного и культурного строительства».

В деревне так же взимался налог на неземледельческие заработки (доходы с эксплуатации сельскохозяйственных машин – мельниц, жнеек, веялок, сеялок и т.д.), так как у бедняков таких машин не было, то этот налог собирался с зажиточных крестьян. Ставка налога зависела от количества и рода сельскохозяйственных машин. Взимание этого налога мало зависело, если не сказать не зависело совсем, от принадлежности крестьянина к бедняцкой, середняцкой или кулацкой социальным группам, в отличие от всех других видов налогов, от которых иногда освобождались бедняцкие (реже середняцкие) хозяйства в виде льгот, несмотря на то что само деление крестьянских хозяйств на бедняцкие, середняцкие и кулацкие являлось условной формальностью, определяемой на уровне местных властей.

Ближе к 1930 году ставки всех видов налогов заметно выросли, причем бедняцкие хозяйства по-прежнему пользовались льготами, но кулацкие хозяйства в 1929 году стали облагаться индивидуальным налогом.
К тому времени, при увеличивающихся темпах коллективизации, страна была на первой стадии коллективизации, бедняцкие и середняцкие хозяйства по сравнению с кулацкими, как уже сказано, пользовались льготами, а стране нужны были хлеб и деньги. Вероятно, поэтому денежные поступления от кулацких хозяйств по установленным нормам перестали удовлетворять государство, которое решило проблему путем индивидуального обложения. Под это обложение попадали не только кулаки, но и середняки.

Для того, чтобы яснее представить картину того, как отразилась государственная политика в деревне по регулированию кризиса сбыта хлеба в Сибири, а точнее в деревнях Кардой и Карай Тулунского района, необходимо для начала рассмотреть доходность хозяйств с дореволюционного времени до 1930 года.

Приведем к примеру динамику хозяйства Мануйлова Ивана Ивановича – жителя д. Кардой с 1917 по 1931 год3:

год едоков Посева/
дес.
лошадей коров мелкого
скота
доход налог машины
1917–1925 8 16 8 5 45 207 р.
15 коп.
нет
сведений
молотилка
веялка
1925–1926 8 16 8 5 45 -//- -//- -//-
1926–1927 5 7 3 2 20 251 р.
15 коп.
20 р.
95 коп.
жнейка
мельница
1927–1928 5 7 3 2 20 1270 р. -//- -//-
1928–1929 4 8 3 2 18 нет
сведений
нет
сведений
нет
сведений
1929–1930 4 9 3 2 18 нет сведений нет сведений нет сведений
1930–1931 3 3 3 1 16 нет сведений нет сведений нет сведений

Как видно из таблицы, хозяйство Мануйлова стремительно сократилось более чем в 2 раза. Прочитать остальную часть записи »

Братский район — в километрах, названиях и деталях

Северный город Братск принято считать если не символическим соперником Иркутска, то малой «северной столицей» Приангарья. Братский район, в таком случае, можно назвать «северным близнецом» иркутских окрестностей.

Параллели находятся легко: здешний острог, например, по древности соперничает с Иркутским. Братское водохранилище для местных жителей — как Байкал для иркутян. Даже называть его у старожилов принято не иначе как морем — разве не напоминает обращения к «жемчужине Сибири»? Есть здесь и свой малый «Ольхон» — Заморье, и копия «Тальцов» — «Ангарская деревня». Таёжный, древний и «особенно сибирский» уголок нашей области — в путевых заметках.

Фото: автора
Отец Серафим восстанавливает здание церкви в Тангуе по единственной старинной фотографии

Комсомольцы и ссыльные

Население района состоит из этих двух типичных для советской Сибири пластов. Именно сюда, на эти земли, отправляли самых активных: сначала ссылали, потом направляли по комсомольской путёвке. Одних — осваивать северную тайгу, других — участвовать сразу в двух «стройках века»: прокладывать БАМ и возводить Братскую ГЭС.

Именно через эти два полюса, «комсомольско-ссыльную сущность» районный мэр Александр Старухин описывает сегодняшнее население, очень весомая часть которого в своё время приехала сюда из центральной России.

По самым свежим данным, на территории Братского района — 61 тысяча жителей, в начале двухтысячных было чуть больше семидесяти. Мужчин традиционно меньше, чем женщин (примерно на полторы тысячи). В последние три-четыре года примерно на четверть поднялась рождаемость: отголосок демографического взрыва на рубеже восьмидесятых и девяностых. Пенсионеров чуть меньше, чем школьников, но, скажем, тех, кому за пятьдесят, в районе живёт больше, чем тех, кому чуть за тридцать.

Здешние земли — древнейшие, историки говорят, что предки человека здесь появились полтора миллиона лет назад. Парадоксально, что при этом до наших дней здесь не сохранилось ни одного поселения малых народов: тунгусов, тофаларов, эвенков… Говорят, кого-то разогнали казаки, кто-то ушёл после затопления ложа Братского водохранилища.

На дне моря Прочитать остальную часть записи »