Рубрика: Экономика и бизнес

Елена  АРАКЕЛЯН

В России предлагается ввести на топливо социальные нормы или талоны

Алина Евстигнеева

18.10.2013г  00:05

Глава Минтруда Максим Топилин празднует победу: вчера, спустя год напряженной работы над ключевыми законопроектами пенсионной реформы, правительство одобрило их в том варианте, на котором настаивал Минтруд.

Фото: ИТАР-ТАСС

О том, что Белый дом одобрил документ (включает проекты законов «О страховых пенсиях», «О накопительной пенсии» и закона-спутника «О внесении изменений в отдельные законодательные акты»), журналистам после заседания кабмина рассказал сам усталый, но счастливый Максим Топилин. Он напомнил, как долго этот пакет обсуждался и через сколько ступеней общественной и экспертной оценки прошел. Противоречия не были сняты до самого последнего момента. Даже вчера в правительство помимо документа Минтруда попали возражения от других ведомств. К примеру, Минфин не одобрил идею разбить единый трансферт в ПФР на восемь целевых. Эта идея все еще обсуждается, заявили РБК daily в ведомстве Антона Силуанова.

От новой формулы все только выиграют, уверен глава Минтруда. Все изменения будут очень плавными и растянуты во времени, подчеркнул он. В итоге к 2030 году средняя пенсия превысит прожиточный минимум пенсионера в 2,5 раза (и составит в сегодняшних ценах примерно 15 тыс. руб., сейчас средняя пенсия — 10 тыс.).

Плюсы получит и средний класс — на счетах его представителей теперь будет копиться большая сумма, уверяет Максим Топилин. Сейчас потолок зарплаты для начисления соцвзносов — 568 тыс. руб. в год, или 47 тыс. в месяц. Иными словами, сколько бы гражданин ни зарабатывал свыше этой суммы, на его пенсионном счете откладывается та же сумма, как если бы он получал 47 тыс. В июне Минфин предложил отказаться от этой уравниловки, и эта идея нашла место в новой пенсионной формуле: потолок зарплаты к 2021 году будет поднят до 1 млн руб., или до 2,3 средней зарплаты по стране.

Выиграет от реформы и бюджет, не сомневается Максим Топилин. По его расчетам, дефицит пенсионной системы к 2030 году сократится с 2,2 до 1,2% ВВП. Таким образом, трансферт из бюджета снизится на треть — с 2,7 трлн до 1,7 трлн руб.

Законопроект-спутник разбивает единый ежегодный трансферт ПФР на восемь целевых, в том числе на выплату пенсий досрочникам (их 12 млн) и на возмещение выпадающих доходов из-за тех, кто участвует в накопительной системе.

Главным новшеством станет введение баллов, через которые будет рассчитываться итоговая пенсия. Однако всю красоту и гармоничность новой системы смогут почувствовать только те, кто начнет работать в 2015 году. С ними все просто, поясняет Максим Топилин: если заработал за год максимально облагаемую базу (сейчас 568 тыс. руб.) — получи 10 баллов, зарабатываешь 1 МРОТ в месяц — получи 1 балл, меньше нельзя.

У остальных пенсия будет рассчитываться хитрее: рубли, накапавшие на личный пенсионный счет до 2015 года, будут конвертированы в баллы. Чтобы провести расчет, нужно сумму накопленных средств разделить на произведение 64 («цена перехода», установленная Минтрудом) и 228 (срок дожития в месяцах). К примеру, если у вас на счету 500 тыс. руб., это равняется 34 баллам.

У балльной системы есть и противники. «Людям надо считать пенсию в рублях, это правильнее, — сказал РБК daily экс-министр труда, профессор ВШЭ Александр Починок. — Однако очень хорошо, что правительство наконец одобрило пенсионную реформу. Это значит, вариант выбран, остается следить за развитием событий».

Чтобы претендовать на трудовую пенсию, нужно набрать 30 баллов. Это можно сделать, если, например, работать 30 лет с ежемесячным доходом в 1 МРОТ или 15 лет с доходом в 2 МРОТ. Требование в 30 баллов включается для выходящих на пенсию с 2025 года. Те же, кто заслужит ее уже в 2015 году, должны набрать всего 6,6 балла. Кто не наберет необходимых баллов, сможет рассчитывать лишь на социальную пенсию. Для последних новый закон вводит «ценз оседлости»: для получения соцпенсии нужно проживать в России не менее 15 лет.

Сложнее оставшимся в накопительной части. За максимальные отчисления с зарплаты они получат вместо 10 баллов только 6,6. Поэтому сохранение накопительной части выгодно только гражданам с высокими доходами. Если же человек с доходом в 1 МРОТ имеет 6% в накопительной, чтобы заработать 30 баллов, необходимых для выхода на пенсию, ему придется работать почти 70 лет.

Минимальный стаж будет повышен втрое — до 15 лет, но это будет происходить плавно, в течение десяти лет. «Мы проводили опросы общественного мнения, и большинство людей заявили, что считают это справедливым; пять лет в их понимании — слишком маленький стаж, чтобы войти в пенсионную систему на общих правах», — отметил Максим Топилин. Важным он считает и стимулирование более позднего выхода на пенсию: если он будет отсрочен на пять лет, пенсия вырастет в полтора раза.

Не обошлось без непопулярных мер. Отчисления от зарплаты работающих пенсионеров не вернутся в их солидарную часть пенсии. Прочитать остальную часть записи »

Или чему правительству не грех поучиться у бельгийцев и белорусов

В соседней с нами Белоруссии с сентября установлена максимальная зарплата для топ-менеджеров частных компаний: не более чем в 8 раз выше средней по предприятию. Учтем, что среднестатистическая зарплата по республике в минувшем июле составила около 5,5 млн белорусских рублей (меньше 19 тысяч на наши деньги). То есть в Куршевель на свою зарплату тамошний директор теперь не покатается.

Но, быть может, это правильно? В России до сих пор не реализован даже призыв президента Владимира Путина ограничить размер «золотых парашютов», а про зарплату топ-менеджеров даже спрашивать считается неприличным.

В этом отношении белорусы, которых не без оснований укоряют за рецидивы командной экономики, оказались ближе к либеральной Европе. Вот, скажем, вчера в Бельгии тоже урезали доходы руководителям госпредприятий. Правительство Бельгии решило, что отныне потолок зарплат для топ-менеджеров гос­предприятий не может превысить 24 тысячи евро в месяц без учета налогов. Это почти вдвое ниже нынешних зарплат руководителей таких компаний, как SNCB, которая ведает железнодорожным транспортом, и Infrabel – оператора железнодорожной инфраструктуры. Бельгийское руководство объявило, что вводит ограничения для экономии госбюджета. Лишь двум высокопоставленным госслужащим – директору почты Джонни Тийсу и директору телефонной сети Дидье Белленсу – сохранили существующие зарплаты в связи со скорым истечением контрактов. Всем остальным придется жить скромнее уже с 1 сентября этого года.  Для сравнения: средняя зарплата по всей Бельгии нынче составляет (после вычета налогов) чуть выше 2 тысяч евро в месяц. Зарплата премьера правительства – 18,3 тысячи евро в месяц, то есть разница – в 9 раз.

В Европе такое соотношение считается нормальным, и не только на госслужбе, но и в бизнесе. Так, в Германии руководитель средней компании зарабатывает примерно в 14 раз больше сотрудника, в Швеции – в 12 раз.

В России таких ограничений вообще нет. Хотя еще год назад в некоторых бюджетных учреждениях оплата труда первых руководителей, их заместителей и главных бухгалтеров не могла более чем в 8 раз превышать ежемесячный оклад их подчиненных. С нынешнего года это ограничение снято специальным постановлением правительства. Теоретически теперь за соблюдением здесь принципов социальной справедливости должны следить вышестоящие ведомства (откуда приходят деньги). Но практика регулярно показывает совершенно иное: директорат шикует, а персонал бедствует.

В производственных структурах еще хуже – как правило, там изначально трудовой коллектив поделен на менеджмент и персонал. Распределение средств на зарплату между этими категориями держится в строжайшей тайне, а принцип прост: одним все, другим ничего. И если унизительно низкую зарплату рабочим начальство зачастую объясняет убыточностью предприятия, то о своих запредельных доходах предпочитает помалкивать. К примеру, рабочие «АвтоВАЗа» узнали о гигантских заработках своего недолгого гендиректора Владимира Артякова (всего за девять месяцев одних лишь премиальных получил 1,5 млрд рублей) лишь из налоговой декларации, которую экс-гендиректор заполнил, баллотируясь в губернаторы Самарской области. А ведь автозавод при артяковском руководстве находился в глубочайшем кризисе, ежемесячно умножая долги, которые потом за него гасило государство.

Кстати, по данным рейтинга Forbes, в российском машиностроении и в прошлом году средняя зарплата генеральных директоров оказалась немалой: от 280 тысяч до 5 млн долларов – при росте в сравнении с 2011‑м на 25%. Следовательно, самые крутые менеджеры отрасли зарабатывали примерно в 512 раз больше среднероссийской зарплаты – американские боссы могут позавидовать. Причем бесприбыльных и даже убыточных предприятий в отрасли тоже было немало. Зато бедных гендиректоров не нашлось ни одного.

А ведь машиностроители далеко не на первом месте по уровню зарплат. Взять, скажем, высшее руководство банков, где топ-менеджмент в прошлом году стал получать на треть больше, чем раньше – от 150 тысяч до 2,5 млн долларов. То есть в десятки и сотни раз больше, чем рядовые работники.
Причем все эти данные приведены без включения традиционной годовой компенсации, в которую входят различного рода надбавки и премии. Как пишет по этому поводу правительственная «Российская газета», «если учесть и эти выплаты, то доходы у нефтяников, газовиков и банкиров за 2012 год в отдельных случаях могут достичь 10–11 млн долларов, а у руководства предприятий тяжелой промышленности – 9 млн долларов».

Впрочем, российская проблема не в том, что кто-то в стране слишком шикарно живет, много получает. Беда в другом: у нас слишком много людей не могут нормально прожить на свою зарплату. Появился даже специальный термин – «новые бедные»: это активно работающие люди, которые не могут обеспечить себе приличный жизненный уровень. Сколько их, никто не знает. Согласно данным Росстата, прожиточный минимум нынче в стране составляет около 7 тысяч рублей, а бедных в России (тех, кто вынужден жить на меньшие деньги) по этой методике насчитывается примерно 19,6 млн человек, или 13,8% от общей численности населения страны. Прочитать остальную часть записи »

Фото: Виталий Безруких/ РИА Новости

11 апреля 2013 года 07:24 | Андрей Иванов

Предприятия в России нашли способ снизить зарплату сотрудникам и лишить их социальных гарантий

За бравурными выступлениями первых лиц государства о росте реальных доходов граждан предприятия в России активно свертывают социальные обязательства перед работниками и значительно снижают им зарплату. Несогласные с такой практикой сотрудники оказываются без работы и вынуждены отстаивать свои права на акциях протеста. Так, в эту субботу у головного офиса ОАО «Российские железные дороги» состоится митинг уволенных контролеров автоматических пропускных пунктов московских вокзалов. Они, как и труженики многих других компаний, на себе ощутили новые методы управления.

Видимо, многим предпринимателям и управленцам показалось, что трудящиеся помимо радости от труда имеют еще много чего хорошего. Явно лишнего. А потому надо «оптимизировать» производственный процесс, сбросив с плеч большинство обязательств перед работниками. При этом с юридической точки зрения всё выглядит гладко.

Для «оптимизации» было выбрано три основных способа: лизинг, аутсорсинг и аутстаффинг. Эти малопонятные слова обозначают обычную практику наших предприятий.

Под лизингом (заемным трудом) персонала понимается использование наемных работников, официально числящихся сотрудниками кадровых агентств. Более распространенные аутсорсинг и аутстаффинг подразумевают соответственно передачу часть работы сторонней организации на основе договора и перевод сотрудников из штата компании в штат компании-подрядчика.

К примеру, трудится себе человек спокойно на большом предприятии, получает стабильную зарплату, состоит в профсоюзе, гордится профессией. Вдруг, в один прекрасный момент, руководство объявляет, что отныне он будет выполнять ту же работу, но числиться будет в другой фирме. Фирма же предлагает свои условия. Как правило, с меньшей зарплатой, с урезанием прежних социальных гарантий. Хочешь – работай, не хочешь – иди за ворота, никто не неволит.

– В нашу страну заемный труд, аутсорсинг и аутстаффинг пришли с запозданием, – говорит директор Института проблем глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий. – Подобные практики распространены за границей уже давно. Прежде всего, в Западной Европе. Но сейчас в России эти методики набирают обороты. Вначале их стали внедрять у себя западные фирмы, теперь к этому активно присоединились и российские компании.

За этим кроется желание предпринимателей снять с себя многие социальные обязательства, включая страховые взносы. Но самое главное – это желание фирм снять с себя ответственность при несчастных случаях. Вся эта система так построена, что совершенно непонятно, кто будет отвечать в случае аварии. Вывод один: ухудшается положение работников и улучшается положение бизнесменов.

Один из руководителей Межрегионального Профсоюза «Новые профсоюзы» Иван Милых говорит о том, что подобная практика сейчас активно развивается и не без помощи государства:

– Заемный труд и аутсорсинг сегодня в России очень распространены. В частных предприятиях это явление видно на каждом шагу. Большинство бизнес-структур выводят все непрофильные отделы в аутсорсинг. Как правило, это оборачивается потерей социальных гарантий и снижением зарплаты. Значительно уменьшается возможность людей к объединению для защиты своих прав. Фактически люди работают на одном предприятии, а формально мы имеем множество коллективов. Отдельно столовая, отдельно охрана, отдельно производство. И сколько должно быть профсоюзов?

Если посмотреть на пищевую промышленность, то все крупные предприятия работают по этой схеме. На некоторых доля сотрудников, не числящихся в штате, достигает 70%.

«СП»: – В России хотели законодательно запретить заемный труд.

– В Госдуме закон рассматривается с 2010 года. Но после рассмотрений он кардинально поменял свою суть. Он называется «О запрете заемного труда», но фактически направлен на его легализацию. На мой взгляд, если документ будет принят в нынешнем виде, то это будет очень вредный закон, – подчеркивает Иван Милых.

Сейчас с подобной практикой стали сталкиваться и работники государственных предприятий. Решившиеся на митинг железнодорожники — одни из них. Совсем недавно было уволено более 200 контролеров. Ранее они состояли в штате Центральной пригородной пассажирской компании (дочерняя структура ОАО «Российские железные дороги»). Теперь обязанности контролеров будут исполнять сотрудники некоей частной охранной фирмы. Туда звали и сокращенных сотрудников РЖД.

Почему работники отказались от такого предложения, рассказывает председатель ячейки Межрегионального профсоюза железнодорожников Игорь Сморгонский:

– В нашей ситуации применили аутстаффинг: сократили контролеров и вместо них наняли людей из частного охранного агентства. Вначале контролерам тоже предлагали оформить их как чоповцев, но они отказались.

Раньше зарплата у контролеров была около 24 тысяч рублей. Мы пользовались всем социальным пакетом компании РЖД. Сейчас чоповцы получают от 9 до 15 тысяч. При этом они исполняют обязанности одновременно и контролеров, и охранников.

Кроме этого, раньше контролеры работали сутки через трое, а теперь новых людей заставили работать вахтовым методом по 10-15 суток.

Среди контролеров было много женщин предпенсионного возраста. Понятно, что они не могли согласиться на такие условия. Их уволили, и им очень трудно найти новую работу.

«СП»: – Кто же согласился на такие условия? Прочитать остальную часть записи »

Фото: Михаил Фомичев/ РИА Новости

1 апреля 2013 года 07:22 | Николай Чеховский

Правительство ждут большие споры: куда потратить нефтяные деньги

Государственные резервы России позволят пережить стране два-три кризиса, подобных тому, что разразился осенью 2008 года, а потому хоронить деньги на счетах Резервного фонда больше не стоит. Эти выводы содержатся в докладе директора Института экономики Российской академии наук Руслана Гринберга, который он сделал в четверг перед экспертной группой Совета Федерации. Теперь этот документ будет направлен президенту России, в Государственную Думу, в Минфин и Минэкономразвития.

Предложения по развитию экономики ученые Академии наук готовили по поручению президента страны Владимира Путина. А в качестве представителя администрации президента эту работу курирует советник главы государства Сергей Глазьев.

Доклад предлагает резко сократить отчисления на формирование государственных резервов и направить большую часть дополнительных нефтегазовых доходов на инвестиции в инфраструктуру и реальный сектор экономики. Совокупный размер имеющихся сегодня резервов у России Руслан Гринберг оценил в 24 триллиона рублей. Две трети этой астрономической суммы составляют международные резервы Центробанка (525 млрд. долл. или 16 трлн. рублей), остальное – средства Резервного фонда, Фонда национального благосостояния, Агентства по страхованию вкладов, Агентства содействия жилищному строительству и Пенсионного фонда.

Этих сбережений, по мнению экономиста, вполне достаточно для того, чтобы демпфировать риски двух-трех экономических кризисов, сопоставимых по масштабам с рецессией 2008-2009 годов. Между тем, согласно введенному с этого года бюджетному правилу, Россия продолжит делать щедрые отчисления с дополнительных нефтегазовых доходов в Резервный фонд – к 2016 году его активы должны вырасти с сегодняшних 2,8 до 4,7 трлн. Рублей, и в Фонд национального благосостояния (прогноз роста до 2,8 трлн. руб. с нынешних 2,6 трлн. руб.).

По расчетам же автора доклада, для компенсации всех возможных экономических рисков к 2016 году достаточно иметь 3,5 триллиона рублей. Превышение этой планки, по его мнению, даже более опасно для самочувствия отечественной экономики, чем недостаток резервов. Оптимальная стратегия, отметил глава Института экономики, состоит в том, чтобы направить в реальный сектор 60% дополнительных доходов казны, а на увеличение резервов – остающиеся 40%. Это предложение позволит накачивать нашу экономику деньгами в сумме до 1 триллиона рублей ежегодно. Без этих вливаний обеспечить роста ВВП 5,5-6% в год, на который нацеливается наше правительство, не получится.

Ключевые направления для инвестиций: авиастроение, машиностроение, судостроение, аэро¬космическое производство и сельское хозяйство. Ведь именно в этих секторах «скандально высокая» доля импорта. Выступивший с отдельным докладом перед сенаторами директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Виктор Ивантер, предложил вкладывать деньги в дорожное строительство, речной транспорт и авиацию в Сибири.

За оценкой этих предложений «СП» обратилась к руководителю Экономической экспертной группы Евсею Гурвичу.

«СП»: — Вы согласны с тем, что отчисления дополнительных доходов от экспорта энергоносителей сегодня избыточны? Прочитать остальную часть записи »