Октябрь 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Архивы

Рубрика:

Чем провинились охотники?

«Охотники.ру»

 

 

Хочу затронуть довольно щекотливый вопрос, который наверняка волнует очень многих охотников — почему злополучное разрешение на охотничье оружие, особенно для тех его держателей, кому больше 70 лет, действует только в течение пяти лет? Вот возьмем, к примеру, паспорт. Он меняется только в 20 и в 45 лет. Все признают, что человек меняется и ему требуется смена его основного идентификационного документа. Что же происходит с человеком за пять лет, с его психикой?

Фото Дмитрия ВАСИЛЬЕВА

 

 

Почему требуется менять разрешение на владение оружием?

Какие разумные основания?

Да никаких, ничего не происходит, кроме его взросления.

Если говорить об опасности оружия, то гораздо больше гибнет людей во время семейных ссор от домашней утвари, чем от оружия.

Порядок приобретения оружия за рубежом подтверждает, что не оно является главным источником гибели многих людей.

Даже американское право на приобретение боевого оружия показывает, что оно весьма редко, гораздо меньше, чем в России, используется против человека и потери от него самые меньшие.

Приходится владельцам охотничьего ружья каждые пять лет «подкармливать» врача-невролога, психиатра и т.д., которые проверяют нас весьма формально при выдаче необходимой для органов контроля справки о том, что с нашим организмом все в порядке.

А если нельзя полностью отменить эти разрешения, то хотя бы увеличьте срок их действия по крайней мере до 10 лет. Это позволит также сократить количество лиц, занимающихся выдачей соответствующих разрешений и общее количество самой гвардии.

К тому же, если еще освободить ее от контроля за состоянием охотничьего оружия, принося его в органы, то экономия будет еще больше.

Можно подумать, что охотнику безразлично, что его оружие не в строю. Поэтому необходимость принесения ружей в органы регистрации оружия не очень убедительна. Да он сам много раз проверит состояние ружей и, если необходимо, отремонтирует их. Что изменилось с той поры, как оружие начали проверять в разрешительной системе?

Да ничего, кроме мороки, и для того, кого проверяют и для самого проверяющего. К тому же, приходится ружья прятать от кого-то в сейфы. А если бы, как прежде, оно висело на стене, то охотник более регулярно тренировался бы в быстрой наводке оружия на цель.

Это можно делать минимум за какое-то время перед охотой. Тем самым уменьшил бы количество раненых зверей и птиц и последующей смерти их в условиях дикой природы.

Вот для патронов можно оставить необходимость хранения их и всех боеприпасов в сейфах. Это не позволит детям случайно воспользоваться ими. А упомянутая тренировка поможет увеличивающемуся сейчас методу стрельбы по зверю с открытыми обеими глазами.

Если человек — псих, то ему вообще и сразу нельзя доверять оружие и предупредить родственников о нем, отправив самого лечиться в нужном учреждении. А здоровый человек не «свихнется», и нечего его контролировать на каждом шагу. Прочитать остальную часть записи »

Правила охоты, которые окончательно добьют охоту

«Русский охотничий журнал»

Александр Колесов

 

 

 

В настоящее время в рамках так называемой регуляторной гильотины Министерством природных ресурсов производится разработка новых правил охоты. Проект данных правил размещён на сайте regulation.gov.ru, после его опубликования проект получил огромное количество негативных оценок. В среде охотничьего сообщества данный проект вызвал крайнее изумление своим несоответствием федеральным нормам и принципам законотворчества. Лично у меня создалось впечатление, что перед разработчиками правил охоты была поставлена задача разработать инструмент для двух основных назначений:

1) максимально сократить количество охотников (владельцев оружия);

2) перевести оставшихся из разряда охотников в разряд клиентов охотпользователей.

Ниже постараюсь по пунктам обосновать своё мнение. Что они для этого сделали?

Приравнивание

 

Начну с самого ошеломительного – п. 3 о приравнивании нахождения с оружием в угодьях к осуществлению охоты. Приведу его дословно: «3. Охота – деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов, их добычей, первичной переработкой и транспортировкой. К охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами, в том числе нахождение на дорогах с расчехлённым и (или) заряженным охотничьим огнестрельным, пневматическим, метательным стрелковым оружием (далее – охотничье оружие) и (или) продукцией охоты».

Это приравнивание целиком переписано из ст. 57 ФЗ № 209 «Об охоте», одной из самых неоднозначных в законе. Но в законе данное приравнивание используется только в целях ответственности за нарушения законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, а не само по себе. И в последнее время суды разобрались с применением этой статьи и стали выносить оправдательные определения при законном транспортировании оружия владельцами через угодья.

Разработчики же правил охоты просто опустили это уточнение за ненадобностью. Теперь любой охотник, приехавший за день-два до открытия по водоплавающей (а большинство так и делает), рискует нарваться на приравнивание к охоте по этому пункту, даже если у него есть разрешение на добычу, и, как следствие, лишиться права охоты по ст. 8.37 КОАП РФ – сезон охоты ведь ещё не открылся! А это осуществление охоты вне установленных сроков. И такие постановления в случае принятия данной нормы, гарантирую, будут. И они устоят во всех обжалованиях в судах. Туда же, в приравнивание, подойдёт любой владелец, законно транспортирующий своё зачехлённое и разряженное оружие (пешком или на машине) по территории охотугодий: от остановки до сельского дома через поле, по грунтовке на дачу, через территорию «чужих» угодий в свои, куда есть разрешение на добычу, и т. д.

Кроме того, следует уточнить, что данное приравнивание вообще вне полномочий правил охоты. Ст. 23 ФЗ «Об охоте» устанавливает, что должно быть в правилах охоты – про приравнивание там ни слова.

Передача документов инспектору

П. 4.3 и 4.4 установлена обязанность передачи документов по первому требованию государственного охотинспектора (ГОИ) и производственного охотинспектора (ПОИ). В совокупности с п. 3 и на основе личного опыта могу с большой долей вероятности утверждать, что, отдав документы в руки, назад их получишь не скоро.

Помимо того, данное положение просто противоречит тому же ФЗ «Об охоте». В соответствии со ст. 40, п. 3, пп. 1 ГОИ имеет право запросить передачу документов и получить их только на основании письменного запроса – думаю, таковым можно считать протокол об административном правонарушении, если оно выявлено. Ни для чего другого эти документы ГОИ не нужны.

А ПОИ, согласно ст. 41, п.7, пп. 1, вправе вообще только проверить наличие документов у охотника.

Разрешение ГОИ/ПОИ круглогодичного ношения личного оружия

П. 23 с подпунктами разрешает круглогодичное ношение ГОИ/ПОИ личного оружия. Во-первых, такое разрешение вне полномочий Минприроды: оборот оружия и правила его ношения регулируются ФЗ «Об оружии» и Постановлением правительства № 814, в которых однозначно определён порядок ношения принадлежащего гражданам оружия. Кроме того, непонятна цель такого разрешения. Для самообороны? Вышеуказанные НПА запрещают ношение длинноствольного огнестрельного оружия в целях самообороны. Для охраны? Тогда владельцы угодий обязаны получать спецлицензию на охранную деятельность, аттестовать своих ПОИ как охранников и приобретать для них служебное оружие. Ответа от разработчиков на этот вопрос нигде нет. Во-вторых, наличие у ГОИ/ПОИ при себе оружия – весомый такой аргумент в поддержку предыдущих пунктов против борзых охотников/рыбаков/грибников не желающих предъявлять вещи для шмона[a-s1] осмотра. Прочитать остальную часть записи »

Медведь-шатун сумел незаметно подкрасться к охотничьему зимовью

«Дневники Сибиряка»

 

 

Застав охотника врасплох, безоружным, рассказываю подробности

Эта история произошла еще в 70-х годах, герой этого рассказа был тогда молод и как-то осенью, на коне, поехал до своей охотничьей избушки, расположенной в тайге, на берегу одной из горных рек, впадающих в Енисей.

Выехав рано поутру, охотнику предстояло проехать около 20 км.

Тайга, осенью очень красива. Первый снег, который лежал еще с утра к обеду растаял, скрыв большую часть следов оставленных лесными обитателями. По дороге охотнику удалось добыть пару глухарей и он был доволен. Верный пёс, радуясь первому выходу в тайгу, наворачивал круги вокруг хозяина, искренне радуясь, природе, и первой добычи.

Так прошёл день, пока охотник по сильно разбухшей от дождей дороге добрался до своего зимовья. На месте он приготовил покушать, привязал собаку, коня и спокойно лёг спать.

Утром не было даже чувства тревоги, новый день обещал быть хорошим.

Наш промысловик встал рано, оделся и выйдя из зимовья первым делом напоил и накормил коня, одел седло. Конь был готов в путь, к дальней избушке. Собака всё это время так и сидела на привязи, ожидая, что хозяин вскоре отпустит её, и она вместе с ним, как всегда, окунётся в мир дикой тайги.

Промысловик специально не отпускал собаку на ночь, дабы она подавшись охотничьему азарту не убежала от охотника, угнавшись в первые дни своей свободы, за каким-нибудь лосем, оставив хозяина одного. Да и тот же лось в такую погоду был не нужен, и тратить на него время и силы, было не к чему.

Охотник даже не думал в те минуты, как он пожалеет, что оставил собаку на привязи.

Конь стоял метрах в пятнадцати от зимовья, подальше, дабы охотник по утру не вляпался в что-нибудь.

Как только, охотник оседлал коня и хотел было, направиться за рюкзаком, ружьем и отвязать собаку, в этот момент охотник увидел, чёрную тень вынырнувшую из-за избушки. Охотник машинально повернулся к ней лицом. Прочитать остальную часть записи »

В защиту местных охотников

«Охотники.ру»

Георгий Соснихин

 

 

 

Взяться за перо меня побудила статья Евгения Спиридонова «Не в миллиметрах дело». C автором я категорически не согласен. Автору видится будущее охотничьего хозяйства России исключительно «в полном распределении всех угодий по конкретным хозяевам, лучше всего в частные руки». При этом, он считает, что главной проблемой будет «охрана (да, именно охрана и изоляция) угодий от местного населения».

Фото: Антона Журавкова

 

 

Статья Евгения Спиридонова «Не в миллиметрах дело»

И сразу же приводятся ссылки на статьи деревенских охотников, в которых они якобы несправедливо возмущаются тем, почему частники запретили им охотиться в родных местах.

Неприязнь, если не сказать ненависть к местным деревенским охотникам проходит красной нитью по всей статье («не надо защищать пресловутых сельских охотников», «выбитые угодья начинали жить второй жизнью, перейдя из пресловутых общественных в частные» и т.д.).

За что же так ненавидит нас автор статьи, считая поголовно всех браконьерами, покушающимися на трофейных лосей, кабанов и медведей и предлагая «вытравливать» нас из угодий?

Несмотря на то, что я прописан в городе, всегда считал себя местным охотником.

Я имею деревенский дом, построенный отцом. Здесь я провожу все свободное время, здесь я занимаюсь охотой, в другие районы и области поехать нет возможности, да и не хочется.

Для меня охота – это не только добыча птиц и зверей, но и общение с природой моей малой родины. В этой же деревне веками жили мои предки по отцовской линии.

И отец, и дед, и прадед, и все мои дяди были охотниками. Держали гончих и легавых собак, подсадных уток, охотились в основном на зайцев и лисиц зимой, на селезней весной, а летом и осенью– на уток и тетеревов.

Насколько я помню, ни отец, ни дед на копытных не охотились, так как были рядовыми охотниками и попасть в команду по отстрелу кабана или лося было делом невозможным. Они всегда говорили, что на этих зверей охотятся только «тузы».

Нарушать правила никто не собирался. Особенно высокая охотничья дисциплина была в 60–70-е годы, когда была велика роль обществ охотников.

Незнакомые охотники при встрече показывали друг другу охотничьи билеты и путевки, в угодьях регулярно работали бригады охотинспекторов, которых у нас называли «контролерами».

Я помню случай, когда на моего отца один раз составили протокол на весенней охоте за то, что он стрельнул влет по селезню, кружившемуся над подсадной.

Инспектора мотивировали это тем, что весной нельзя стрелять влет даже при наличии подсадной утки. Вы можете представит себе такое сейчас? И где теперь общественные инспектора? А что творится сейчас весной?

Я сам был свидетелем, когда в одном высокоорганизованном охотничьем хозяйстве нашей области его директор расставил стрелков на берегу пруда и не противился стрельбе влет по стаям уток. И это в апреле!

Браконьеры, конечно, есть как среди местных, так и среди приезжих охотников. И я очень сомневаюсь, что доля последних меньше. Не секрет, что и в так называемых частных хозяйствах подчас творится полный беспредел.

Правдами и неправдами выбивают разрешения на летние охоты «на потравах». Для этого у наших деревенских охотников в этом году собирали подписи о том, что кабаны сильно вредят картофелю.

Однако это не соответствует действительности. Подписи ставили и те, кто картошку не сажает. Некоторые, естественно, не безвозмездно.

Насколько мне известно, сезон охоты на копытных закрывается 31 декабря. Я не могу утверждать, когда же закончился отстрел копытных, но в начале марта один из столичных охотников хвастался, что взял дуплетом двух лосей. Прочитать остальную часть записи »

Жизнь на охотничьем зимовье

«Сибирский охотник»

Леонид Киселев

 

 

Испокон веку охота в жизни человека считалась не только увлечением, но и способом его существования. Исторически сложились два вида охоты на дичь или зверя: охота любительская и охота промысловая. Существует и две категории охотников. Охотник–любитель и охотник–промысловик. Между ними, несомненно, много общего, однако они отличаются друг от друга по степени участия в ружейной охоте. Охотник–любитель участвует в так называемой свободной охоте как любитель, не ставя перед собой задачи большой охотничьей добычи, например, дичи. Охотник–промысловик занимается охотой с целью добычи дичи или зверя, предусмотренной специальным соглашением, которое называется договором. Если охотник–любитель, добывший на охоте пару уток, тетеревов или гусей, освобождается от сдачи их в заготовительную контору, то охотник– промысловик согласно заключенному договору, добытую пушнину, а так же часть дичи обязательно сдает в соответствующую заготовительную организацию.

Картина народного художника РСФСР Т. В. Ряннеля.

 

 

Людей, увлекающихся любительской охотой много. А тех, кто занимается охотничьим промыслом, намного меньше. Охотничий промысел тяжелый, сопряжен с большими усилиями. Чтобы им заниматься, надо жить в отрыве от цивилизованного населенного пункта, на своем становье.

Охотник–любитель выезжает на охоту всего на 3–5 дней. Местом его охотничьего пристанища может быть развесистое дерево, шалаш, палатка, или избушка. Охотник–промысловик охотится долго, его охотничий сезон длится несколько месяцев, пока не выполнит обязательства по договору. Он имеет постоянный стан на месте охоты и живет в собственной избушке. В охотничьей жизни, как у охотника любителя, так и охотника–промысловика есть много общего, интересного, увлекательного, порою приключенческого.

Мне счастливо повезло. На своем жизненном пути я повстречал охотника–промысловика, который большую часть своей жизни посвятил интересному, охотничьему промыслу, хотя и очень опасному. Персонаж этого повествования – Михаил Кириллович Мутовин, охотник–промысловик. Много раз мне приходилось бывать на его заимке, быть свидетелем его охотничьей жизни. Я заслушивался его увлекательными приключенческими рассказами об охоте. Все это и послужило основой этого повествования об охотничьей жизни Кирилыча. Мы встретились на жизненном пути, не благодаря какому–то необычному случаю. Эта встреча вытекала из естественного хода событий.

Первые навыки стрельбы из ружья и вхождение в увлекательный мир ружейной охоты я получил еще в детстве от своего отца Василия Фокеевича на весенних удерейских разливах, куда утки залетали на дневку. Любовь к ружейной охоте вывела меня на охотничью тропу, которая часто переходила с одной таежной речки – Удерея на другую таежную речку – Удоронгу. Названия этих речек, начинаюшиеся с буквы «У», придуманы давным–давно местными кочевниками–тунгусами, и связаны с самым главным, что имелось здесь в горной породе – золотом.

Выход на речку Удоронгу произошел осмысленно. В доме, в котором проживала наша семья, во второй его половине, жил Михаил Кириллович Мутовин, охотник – промысловик. Он был сыном охотника–промысловика Кирилла Ильича Мутовина, поселившегося несколько десятков лет назад на речке Удоронге и обустроившего здесь свое охотничье становье. Признавая за Кириллом Ильичем главенствующую роль в семье и по существовавшей в этих местах традиции, его уважительно звали просто – Кирилыч. В последствии и Михаила Кирилловича тоже звали Кирилычем. Он поселился на заимке отца еще перед войной. Прошел через смертельный фронт от первого до последнего дня, уцелел, и остался живым и невредимым, и снова вернулся жить на заимку. Жил здесь и охотился вместе со своим отцом Кириллом Ильичем. Они каменские, родом из соседней деревни Каменки, что стоит на реке Каменке, а она – приток Ангары. Деревня находилась от заимки в восьмидесяти километрах.

Весной того года его отец Кирилл Ильич напоролся на проснувшегося от зимней спячки медведя. Прочитать остальную часть записи »