Декабрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  
Архивы

Рубрика:

Кремль решил начать спасать экономику страны, но слишком поздно

«Свободная пресса»

 

 

 

 

 

Реализуемы ли советы помощника Путина, предлагавшего отнимать у компаний сверхприбыль

Фото: Петр Ковалев/ТАСС

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В ситуации экономической стагнации России на авансцену вышел известный своим радикализмом помощник президента Путина Андрей Белоусов. Он сформулировал три условия, необходимых для экономического роста хотя бы в 3%. В правительстве наверняка «заёрзали». Но сможет ли Белоусов убедить кабинет министров?

По мнению помощника президента, первой группой мер для повышения экономического роста должно стать удешевление кредита. Для этого необходимо снизить ключевую ставку Центробанка с нынешних 6,5% до 5%. Поскольку инфляция в начале 2020 года ожидается на уровне 3%, такое вполне возможно, уверен автор предложений.

Второй пакет мер предусматривает улучшение инвестиционного климата в стране путем защиты бизнеса от незаконных действий силовиков и ввода в действие «регуляторной гильотины» (упрощение регулирования бизнеса). Ранее с просьбой не использовать силовиков в своих «разборках» к коммерсантам обращался глава МВД Колокольцев.

И, наконец, последняя группа мер направлена на укрепление бизнеса кадрами и новыми технологиями. С нехваткой инженеров страна справилась, утверждает чиновник, а вот с рабочими специальностями совсем швах. Напомним, о грозящем России кадровом дефиците говорил недавно патрон Белоусова — президент Путин.

Мотивы выступления Белоусова понятны. Экономический рост хотя бы в 2−3% в последнее время стал недостижимой мечтой. Правительство не в состоянии обеспечить такой уровень и пытается хоть как-то скрасить картину, манипулируя цифрами статистики. Так может кабмину стоит попробовать рецепт путинского помощника?

При этом, говоря о необходимости роста экономики нельзя забывать, что это не должно превращаться в самоцель. В конце концов экономика функционирует для людей, а не наоборот. Так вот несмотря на низкий прирост ВВП, платежи в бюджет и наполняемость Фонда национального благосостояния (ФНБ) увеличились в последние годы очень серьезно.

Отчасти это случилось благодаря умелым действиям России в рамках ОПЕК+, что позволило удержать высокую цену на нефть и набить кубышку ФНБ до 7% от ВВП. Отчасти благодаря хорошей работе налоговиков, сумевших за пять лет увеличить сбор налогов на 40%. В результате профицит бюджета превысил 3 трлн рублей.

Но все эти достижения, понятные макроэкономистам, практически никак не сказались на благосостоянии широких народных масс. Простым людям не жарко и не холодно от того, что государственные закрома лопаются от денег — им от этого богатство мало что перепадает. Напротив, еще и отняли то, что они имели в результате пенсионной реформы. Да и реальные доходы падают. Прочитать остальную часть записи »

Русский парадокс: Бюджет захлебывается от денег, но люди лучше жить не будут

«Свободная пресса»

 

 

Нищее население обеспечило Минфину рекордные поступления

Фото: Владимир Смирнов/ТАСС

 

 

 

Материал комментируют:

 

 

 

Более двух триллионов рублей поступит в российский бюджет в результате повышения ставки налога на добавленную стоимость (НДС) с 18% до 20%. Об этом со ссылкой на обновленный прогноз Минфина РФ в проекте федерального бюджета на 2020−2022 гг., сообщает РБК.

Так, в 2020 году, согласно оценкам ведомства, от повышения ставки НДС с начала 2019 года на 2% бюджет страны получит 639 млрд руб., в 2021-м — 686 млрд руб., в 2022 году — 737 млрд руб.

Таким образом, ежегодный рост дополнительных поступлений только от фискальных сборов на добавленную стоимость составит более 7%. И он, как ожидается, превысит инфляцию, показатель которой будет равен примерно 4%.

По словам министра финансов Антона Силуанова, власти пошли на повышение НДС, чтобы определить долгосрочные источники финансирования, в том числе нацпроектов. Кроме того, это позволит получить несырьевой доход, размер которого не будет меняться из-за колебаний внешней экономической конъюнктуры.

Без сомнения, дополнительные поступления в бюджет это очень хорошо для страны.

Вопрос в том, увидят ли граждане положительные перемены в жизни от этих рекордных налоговых сборов, тем более что эти «рекорды» они оплатили и продолжают оплачивать из собственного кармана? Может, пенсии повысят или зарплату бюджетникам, проиндексируют, наконец, пенсии работающим пенсионерам?

— Минфин честно говорит, но говорит как бухгалтер, — комментирует ситуацию гендиректор Института региональных проблем, кандидат политических наук Дмитрий Журавлев. — У него есть некоторые цифры, он повысил начальные цифры, у него получилось повышение. Вот вы не пять на два множите, а восемь. И у вас получается не 10, а 16.

Но дело в том, что при повышении налоговой ставки, желание как-нибудь ускользнуть от этого возрастает пропорционально размеру ставки.

«СП»: — Но НДС уже входит в стоимость определенных товаров и услуг…

— Правильно. А потом? Надо же где-то будет компенсировать предпринимателями потери. Причем я даже не говорю, что они там хотят себе больше взять — это нормально для предпринимателей. Любой предприниматель должен зарабатывать как можно больше, это его «служебная» обязанность.

Дело в том, что очень часто им и зарабатывать особо нечего, а концы с концами сводить надо.

Вот у нас повысили этот налог, и уже заплакали регионы, что невозможно собрать деньги на вывоз мусора. Уже сегодня мне звонили и плакались: не платит бизнес за вывоз мусора.

Понимаете, это же замкнутая система. Если в одном месте прибудет, в другом — убудет. Поэтому я совсем не уверен, что бюджету будет от этого лучше. Мы выиграем в одной точке, проиграем — в другой.

Пока еще собираем с бизнеса то, что можно собрать. Но если три года стричь шерсть так коротко, то потом нечего будет состригать.

«СП»: — Дело не только в бизнесе. Бизнес перечисляет этот налог, но оплачивает его население…

— Я говорю об экономике. Бизнес у нас разный, но берем производство. Какой выбор после того, что им НДС повысили? Либо повышение цен, либо снижение рентабельности, либо сокращение объемов производства.

Все три — «хороши». С другой стороны, а люди где эти деньги возьмут? Рост доходов населения на уровне арифметической погрешности.

«СП»: — Но людей просто вынудили оплачивать эти 2%, поставив, что называется, перед фактом…

— Поймите, не может человек отдать больше ста процентов своих денег. У него их просто нет. Мы с вами про три года говорим. Денег у людей к следующему году станет меньше, а к последующему еще меньше.

Люди, отдавая деньги на налог, отдавая деньги в бюджет, не покупают товары. Точнее, покупают их меньше. Но эти товары производят производители, значит, у них рынок сужается.

Из чего они будут НДС платить? Это же налог на продажу товаров. А если их меньше производить, то и налог будет меньше.

Мы в бюджет все больше и больше затягиваем средств. При этом уже объявлено, что он — профицитный. А дальше что? Этот излишек на что пойдет?

Еще хорошо, если хотя бы на армию. Самолеты и ракеты пока еще нужны. А если пойдет на покупку американских займов? Прочитать остальную часть записи »

Орешкин: Китай потому достиг успеха, что пенсии не платил

«Свободная пресса»

 

 

 

 

 

 

Глава Минэкономразвития не устает удивлять страну своими заявлениями

На фото: Максим Орешкин (Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС)

 

 

 

 

Материал комментируют:

 

 

 

 

 

 

 

Экономический рост — процесс болезненный, заявил министр экономического развития России Максим Орешкин, выступая на 2-м Столыпинском форуме в Москве.

«Спортсмены говорят: no pain, no gain (в переводе с английского „нет боли, нет успеха“ — ред.). То же самое касается экономики», — цитирует главу Минэкономразвития News.ru.

Собственно, предполагалось, что обсуждаться на форуме будут пути развития России. Тем более что ранее президент РФ Владимир Путин поставил перед правительством задачу обеспечить достижение таких темпов роста экономики, чтобы к 2024 году страна вошла в пятерку крупнейших экономик мира. При этом глава государства назвал это не просто пожеланием, а базовым условием для прорыва в решении социальных, инфраструктурных, оборонных и др. задач.

Но пока, по прогнозу того же МЭРТ, экономический рост в этом году в лучшем случае составит 2% (при необходимых 5−6%). В целом же мировая экономика обещает вырасти на 3,3%, что тоже несколько выше наших текущих результатов.

Казалось бы, кто, если не министр экономического развития, должен представить четкий план, каким образом поручение президента будет выполняться, и рассказать, что уже сделано в этом направлении за истекший период. Но Орешкин ограничился пространным рассуждением о болезненности процесса — настоящий экономический рост в его представлении, это когда ты и твой коллектив тем же составом через год или два должны делать на 10%-20% больше, «а не то, что тебе повысили зарплату или людей стало в два раза больше работать».

После чего перешел к анализу успешного экономического взлета Китая, чего, по мнению главы МЭРТ, стране удалось добиться благодаря четырем факторам.

В числе их главным он назвал урбанизацию. А именно, переселение в город десятков миллионов сельского населения, что позволило обеспечить рост производительности труда. И «осознанную жертву настоящим ради будущего».

Глава ведомства также напомнил, что «исторически на поддержку населения пенсионного возраста Китай тратил мало». В сельской местности до последнего времени, по его словам, пенсионного обеспечения вообще не было, что, собственно, и давало возможность властям Китая «тратить больше денег на ВВП и инвестиционные расходы» (Нынешняя пенсионная система Китая начала формироваться в середине 90-х. Существует несколько видов пенсий, средняя в прошлом году составила 23,7 тыс. руб против 14 тыс. руб. в России)

Когда слышишь подобные рассуждения от министра, который вроде как отвечает за экономический рост, поневоле напрягаешься: уж, не собирается ли наше правительство пойти по пути Китая «семидесятых» — т.е. снизить расходы на социальную поддержку населения и не платить пенсии некоторым категориям граждан?

— Что касается факторов, которые господин министр назвал, то позволю себе заметить, что одним из ключевых факторов развития Китая была дешевизна рабочей силы, а отнюдь не «жертва настоящим», — комментирует ситуацию генеральный директор Института региональных проблем, политолог и экономист Дмитрий Журавлев. —  Никто ничем не жертвовал. Да, люди ехали в город, потому что в городе больше платили, в том числе, конечно, срабатывало и отсутствие пенсии.

Но не отсутствие именно пенсии здесь было главным. Ключевым фактором было желание человека найти лучшую работу.

Если проводить эту параллель с Китаем 70−80 гг. прошлого века, то тогда надо, наверное, не пенсии отменять, а зарплаты. Люди беззарплатные побегут в большие города за небольшие деньги работать. И эта разница резко снизит себестоимость товаров, и будет нам хорошо…

«СП»: — А экономический опыт Китая, он, вообще, для нас применим при такой разнице в численности населения?

— Применим. Просто опыт не в том, о чем говорил министр. Китай как раз последние десять-пятнадцать лет идет в обратную сторону. Он всеми силами повышает уровень жизни в стране.

Это снижает рентабельность экспорта — себестоимость китайских товаров растет. Она, конечно, не доходит до себестоимости производства в Соединенных Штатах, но зато производство в Индии уже стало более рентабельным, чем в Поднебесной.

Почему Китай это делает? Потому что он развивает внутренний рынок, а внутренний рынок — это покупательная способность людей.

Китай работал на экспорт во многом именно потому, что в стране было бедное население, и оно физически не могло бы обеспечить рост экономики за счет покупки товаров, произведенных внутри страны.

И в той ситуации Китайская Народная Республика сделала совершенно правильный выбор — «мы можем делать рентабельные товары, которые у нас некому покупать, поэтому пусть их покупают за границей».

Но я не очень понимаю, как мы именно этот аспект китайского опыта собираемся применять. Еще понизить уровень жизни?

«СП»: — Орешкин фактически к этому призывает — пожертвовать настоящим ради будущего. Разве нет?

— В Китае никто ничем не жертвовал. Её просто не было, этой самой пенсии. Никто её не отменял. И поэтому не было никакой особенной жертвы. Была попытка обеспечить рост в тех условиях, когда бедность была и недостатком, и достоинством.

Китайцы использовали то, что можно было использовать, как достоинство. Сейчас они борются с бедностью как с недостатком. Прочитать остальную часть записи »

«Несогласованный губернатор» в темном лесу

«Свободная пресса»

Как представитель КПРФ возвращает в бюджет миллиарды и возрождает Госплан

На фото: губернатор Иркутской области Сергей Левченко (Фото: Михаил Терещенко/ТАСС)

 

 

12 марта губернатор Иркутской области Сергей Левченко провел пресс-конференцию в агентстве «Интерфакс». Мероприятие было посвящено итогам 3,5 лет работы губернатора-коммуниста во главе региона, и поговорить было о чем. Прежде всего, Сергей Георгиевич предоставил немало впечатляющей статистической информации, с которой знакомы специалисты и интересующиеся люди, но не широкие массы. Зато широким массам в последнее время было явлено множество сюжетов и новостей, до боли напоминающих согласованностью и стилем последнюю президентскую кампанию.

«3,5 года меня спрашивают, как вам живется, вы — несогласованный губернатор. Учитывая, что на федеральном уровне о результатах Иркутской области не так много говорится, я это и делаю самостоятельно, рассказываю», — начал Сергей Левченко пресс-конференцию и сразу привел основные цифры, с которыми он приступил к работе и какими они стали сейчас.

«Эти три года были для нас особенными, конец 2015 года, мы под определенными санкциями, и Иркутская область не исключение, область экспортоориентированная, 65% того, что мы вырабатываем и изготавливаем, идет за рубеж. Мы достаточно серьезно этим санкциям подверглись, сильнее, чем большинство регионов РФ. Когда заканчивался 15-й год доходная часть бюджета была 97 миллиардов и более 5 млрд. — дырка в бюджете, которая не позволяла комфортно закончить год, не хватало на самые первоочередные вещи, начиная с зарплаты. 2018 год мы закончили с 163 миллиардами, за 3 года увеличили на 70% с профицитом бюджета 12,5 млрд.», — подвел итоги губернатор-коммунист.

Согласно официальным данным, доходы консолидированного бюджета Иркутской области выросли за тот же период 2015—2018 со 129,1 млрд руб. до 193,6 млрд. По темпам роста налоговых и неналоговых доходов консолидированного бюджета область опережает общероссийский уровень на 4,5%.

Иркутская область, конечно, не в вакууме и ей есть чем похвастать и в плане отдачи в федеральный бюджет. Постоянно увеличивается уровень налоговой отдачи, если в 2016 на один рубль из федерального бюджета трансфертов (без учета субвенций) приходилось 8,5 рублей фискальных платежей, то в 2017 сумма составляла уже 11 рублей, в 2018-м — 14,1. Объем госдолга области сократился почти в 2 раза — с 21,1 до 12,3 млрд руб.

Зарплата учтена, а ее нет

Если перейти от макроуровня к простому человеку, то среднемесячная номинальная зарплата в 2017 году вышла на второе место в СФО. В 2018 году она составляла 42 тыс. рублей (в 2015-м было 32,7 тыс.). У работников социальной сферы она выросла до 32,6 тысячи. Что не менее важно, объем просроченной задолженности по зарплате с 2015 года удалось сократить в 6,9 раза (с 170,8 млрд. до 24,6 млрд.).

«Когда стали устойчиво стоять на ногах, начали заниматься социальными вопросами. Обещать повышение зарплат при дырке в бюджете было бы неразумно и непорядочно. Сегодня мы имеем такую возможность, номинальная зарплата выросла достаточно прилично. В 2015 году были третьи с конца по задержкам зарплаты. Сегодня вы видите, что задолженность уменьшили почти в 7 раз. Это очень важно психологически, потому что зарплата начислена, ее учитывают во всех статистических данных, а на самом деле ее не выплатили и люди бедствуют, страдают», — рассказал Сергей Левченко.

Цифры — это хорошо, но «сеанс красной магии» от Сергея Левченко нуждается в «разоблачении», то есть, пояснениях, за счет Иркутская область так заметно прогрессирует в наше непростое время. По словам губернатора, пришлось совмещать антикризисную программу и программу развития по принципу барона Мюнхгаузена, вытаскивающего себя за волосы.

Но можно и без метафор. Сергей Левченко привел вполне конкретный и доступный для понимания пример, обратив внимание журналистов на график поступлений в консолидированный бюджет налоговых платежей от лесопромышленного комплекса и данные по объемам заготовленной древесины. В области взялись за «условно законные доходы». Как рассказал Сергей Левченко, в 2015 году налоговые платежи от ЛПК составили 3,1 млрд. рублей, а в 2018-м — 10,3 млрд. При этом, объем заготовленной древесины практически не изменился, он вырос с 34,2 тысячи куб. м до 35,7 тыс. Прочитать остальную часть записи »

Иван Грачев: «Только представьте, $1–2 млн в месяц — совершенно открытые доходы «топов»!»

«Бизнес Online»

 

Почему менеджеры госкомпаний не должны получать больше президента страны, а для остальных должен действовать прогрессивный налог

Непомерные зарплаты топ-менеджеров в России — это прежде всего следствие бардака в управлении госсобственностью, — уверен экс-депутат Госдумы РФ, доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центрального экономико-математического института РАН Иван Грачев. Он в пух и прах разбивает два аргумента, которые обычно приводят против ограничений в этом вопросе.

Фото: Алексей Белкин

 

ПОЛНЫЙ БАРДАК В ВОПРОСАХ ГОССОБСТВЕННОСТИ

Тема непомерно огромных зарплат топ-менеджеров, которым посвящен материал в «БИЗНЕС Online», для меня — отражение одной из самых больших проблем страны. Чисто в цифрах эти зарплаты — до 2,4 млн рублей в месяц; это неравенство, о котором говорится в материале, на федеральном уровне выглядит еще более жутким образом. Потому что, например, топы наших крупнейших банков с госучастием получают в месяц по миллиону и выше — не рублей, а долларов. То есть примерно в 50 раз больше, чем те счастливые боссы, о которых речь в «БИЗНЕС Online». И это совершенно открытые доходы, только представьте — $1–2 млн в месяц!

Понятно, что для нашей страны это давняя история, которая на самом деле отражает полный бардак в вопросах госсобственности, в вопросах управления и распоряжения госсобственностью в Российской Федерации.

Давным-давно, еще в 90-х, я написал свой первый закон о поддержке малого предпринимательства и решал для себя, какие дальше главные законы для страны должны быть сделаны. В частности, это закон об ипотеке, а еще и закон об управлении госпакетами акций. То есть, если мы говорим про частную собственность, рынок, смешанную экономику, то всегда ключевая вещь — полный порядок и ясность в вопросах собственности. Это задача номер один для любой нормальной экономики, где есть частная собственность и государственная собственность. Но уже в 90-х было очевидно, что с госсобственностью у нас бардак.

В ту пору наши немецкие коллеги считали, что, может быть, часть российского законодательства будет похожа на немецкое. И это, кстати сказать, было бы хорошо — куда лучше, если бы мы во многом взяли пример с немецкого законодательства, а не с американцев, как оно получилось на самом деле. Тогда я довольно часто ездил в Берлин, общался с депутатами, с работниками аппарата Бундестага. И достаточно хорошо изучил их законодательство. В частности, у них были две вещи, которые я считал правильными. Первое — это утверждение всех бюджетов организаций типа наших «Газпрома», Сбербанка и прочих, одновременно с федеральным бюджетом — в качестве его приложения. В бюджетах этих компаний с доминирующим пакетом государства, полностью отражаются зарплаты менеджеров и т. д. И второе, что было правильного в законодательстве Германии, — если там человека отправляли от имени государства в такую компанию управлять госпакетом, то у него было ограничение по зарплате, в ту пору порядка (точную цифру сейчас не помню) 10 тыс. немецких марок в год.

ЕСЛИ ДОХОДЫ ОТ ВЛОЖЕНИЙ КОМПАНИИ ПРЕВЫСИЛИ $10 МЛРД, ТО ПУСТЬ ХОТЬ $1 МЛРД ПОЛУЧАЮТ ТОПЫ

Опираясь на это, я тогда написал закон об управлении госпакетами акций. Одним из его пунктов было положение о том, что топ-менеджеры любого акционерного или не акционерного общества, в котором доминирует государство, не имеют права получать зарплату больше, чем президент страны. Логика тут простая и понятная: самая трудная работа — у президента страны. Следовательно, его зарплата является верхним пределом для зарплаты любого другого топ-менеджера, который сидит на госсобственности. Прочитать остальную часть записи »