Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Архивы

Алимжан Тохтахунов (Тайванчик) – о себе и русской мафии

Три правоохранительных ведомства США ФБР, ЦРУ и Управление по борьбе с наркотиками США – считают, что в десятку самых опасных преступников мира входят трое россиян: Доку Умаров, Алимжан Тохтахунов и Семен Могилевич. Список «самых разыскиваемых преступников» обнародовал на основании информации этих ведомств журнал Forbes.

Свой статус «самого разыскиваемого преступника» в интервью Радио Свобода комментирует Алимжан Тохтахунов,  известный как Тайванчик.

Радио Свобода также обратилось к специалисту по оргпреступности, американскому профессору Луиз Шелли с просьбой нарисовать портрет «русской мафии».

Алимжан Тохтахунов: «Я не пью, не курю, не соблазняюсь»

Алимжан Тохтохунов сегодня возглавляет так называемый «Отечественный футбольный фонд», в недавнем прошлом был совладельцем крупнейших московских казино – «Метрополь», «Европа» и «Азия». Пик его известности пришелся на Олимпийские игры в Солт-Лейк-Сити в 2002 году. Тогда американские правоохранительные органы заподозрили его в подкупе судей по фигурному катанию. В августе 2002 года Алимжан Тохтахунов был арестован в Италии, в январе 2003 итальянский суд вынес решение о его экстрадиции в США, однако кассационный суд Италии вердикт отменил. Уголовное дело в отношении Алимжана Тохтахунова в США не закрыто. Интерпол объявил Алимжана Тохтахунова в международный розыск по обвинению в мошенничестве.

– Как бы вы описали род своей деятельности?

– Я давно занимаюсь бизнесом и благотворительностью. В связи с кризисом и первого, и второго стало меньше. Еще я выпускаю два журнала: «Отечественный футбол» и «Спорт и мода». Снимаюсь в кино – скоро выйдет фильм «МУР»… Написал две книжки.

– Какая сфера бизнеса вас привлекает?

– У меня было казино. Когда казино запретили, я ушел из этого бизнеса, подчиняясь закону. Сейчас я в поисках нового бизнеса. Какая-то недвижимость у меня есть, что-то продаю, что-то покупаю. А казино я занимался потому, что до 1989 года был профессиональным картежником. Мы играли на деньги, никого не обманывали, в наши сети попадались богачи, цеховики, овощники, которые базы держали. Играли все: и офицеры, и бизнесмены того времени, и преступники, и воры в законе. Но вот все мои партнеры разъехались – время пришло кооперативное, а мы, картежники, бизнес делать не умели. Кроме того, тех, кто занимался бизнесом, мы считали спекулянтами, продажными людьми и презирали их. Потом – жизнь заставила – я выехал за границу, научился бизнесу и им занялся: не спекулировал, продавал большими партиями продукты питания, какие-то предметы.

– Где и когда за вами закрепился статус русского мафиозо?

– Когда русская организованная преступность зарождалась в России, меня в России не было (Алимжан Тохтахунов родился и провел юность в Ташкенте. – РС). Это раздувают ваши коллеги-журналисты. За границей меня называли мафиозником, потому что я жил, не подчинясь зарубежным законам. Я делал это не умышленно: просто не знал их. Нарушения у меня были чисто житейские: где-то не вовремя заплатил, где-то не знал, что надо выехать-заехать… Но ко мне прицепились, ввели во все компьютеры, не имея никаких фактов, а ведь нигде ни с какими преступлениями, ни с какими-то мафиозными организациями меня не задержали.

– Статус представителя русской мафии закрепился за вами после скандала в Солт-Лейк-Сити в 2002 году?

– Купить золотую медаль невозможно, тем более в фигурном катании. Если мой телефон прослушивали, тем более должны были убедиться, что я этим не занимался. Я сказал кому-то: уверен, что наши победят. Разве это доказывает, что я мог купить медаль? Однажды друзья сказали мне: Алик, если ты честный человек, то чем откровеннее говоришь по телефону, тем лучше те, кто его прослушивает, понимают, что ты честный. Мне очень понравилась эта фраза и за границей я всегда по телефону разговаривал откровенно. Но оказывается, там сначала прослушивают, потом переводят, и вся твоя фраза может поменяться. Вот пример. Я жил в Риме. Заболел. Позвонили из Ташкента, предложили выслать плов, узбекский кишмиш и большие ташкентские гранаты. Прокурор потом задал мне вопрос: для чего в Италии вам бомбы? Выяснилось – они так перевели гранаты. А кишмиш перевели как гашиш. В итоге мне сказали, что торгую наркотиками и оружием.

– Чем закончилось дело о подкупе олимпийских судей?

– Ничем. У них ни одного факта нет, иначе они бы забрали у Анисиной и у Сихарулидзе золотые медали. Но вторую золотую медаль они отдали своим канадцам, и чтобы этот поступок оправдать, искусственно создали меня. И политически немножко наехали на Россию, наверное… Если на меня в свое время из России пришла ориентировка, что «этот человек из мафии», за мной следили, не один год и не в одной стране тратили на это деньги.

Доказательств никаких нет. Видят, что я хожу в ресторан, общаюсь с людьми и покупаю майки. Им же надо списать бюджет, доказать, что я мафия? Вот и доказали, будто бы я такой сильный мафиозо, что покупаю Олимпийские игры – якобы они не зря работали.

– Сколько лет вам уже запрещен въезд в Европу?

– Запрета нет. На мне висит уголовное дело в Америке – в связи с олимпийским скандалом. Американцы сами не знают, как его сейчас снять. Может быть, мне стоит этим заняться, но я потрачу бешеные деньги, а они могут ничего и не сделать. Я в розыске, но я был у них в руках: год сидел в венецианской тюрьме, а они даже не приехали допросить.

– Статус представителя русской мафии закрепился за вами после скандала в Солт-Лейк-Сити в 2002 году?

– Купить золотую медаль невозможно, тем более в фигурном катании. Если мой телефон прослушивали, тем более должны были убедиться, что я этим не занимался. Я сказал кому-то: уверен, что наши победят. Разве это доказывает, что я мог купить медаль? Однажды друзья сказали мне: Алик, если ты честный человек, то чем откровеннее говоришь по телефону, тем лучше те, кто его прослушивает, понимают, что ты честный. Мне очень понравилась эта фраза и за границей я всегда по телефону разговаривал откровенно. Но оказывается, там сначала прослушивают, потом переводят, и вся твоя фраза может поменяться. Вот пример. Я жил в Риме. Заболел. Позвонили из Ташкента, предложили выслать плов, узбекский кишмиш и большие ташкентские гранаты. Прокурор потом задал мне вопрос: для чего в Италии вам бомбы? Выяснилось – они так перевели гранаты. А кишмиш перевели как гашиш. В итоге мне сказали, что торгую наркотиками и оружием.

– Чем закончилось дело о подкупе олимпийских судей?

– Ничем. У них ни одного факта нет, иначе они бы забрали у Анисиной и у Сихарулидзе золотые медали. Но вторую золотую медаль они отдали своим канадцам, и чтобы этот поступок оправдать, искусственно создали меня. И политически немножко наехали на Россию, наверное… Если на меня в свое время из России пришла ориентировка, что «этот человек из мафии», за мной следили, не один год и не в одной стране тратили на это деньги.

Доказательств никаких нет. Видят, что я хожу в ресторан, общаюсь с людьми и покупаю майки. Им же надо списать бюджет, доказать, что я мафия? Вот и доказали, будто бы я такой сильный мафиозо, что покупаю Олимпийские игры – якобы они не зря работали.

– Сколько лет вам уже запрещен въезд в Европу?

– Запрета нет. На мне висит уголовное дело в Америке – в связи с олимпийским скандалом. Американцы сами не знают, как его сейчас снять. Может быть, мне стоит этим заняться, но я потрачу бешеные деньги, а они могут ничего и не сделать. Я в розыске, но я был у них в руках: год сидел в венецианской тюрьме, а они даже не приехали допросить.

О природе «русской мафии» в интервью Радио Свобода рассуждает Луиз Шелли – профессор американского университета Джорджа Мэйсон, исследователь организованной преступности.

– Как русская мафия изменилась за двадцать лет?

– Российская организованная преступность – это сеть, которая работает вне границ государств в самых разных областях, без иерархии, свойственной классической мафии. За двадцать лет она «встроилась» в легитимную экономику и стала менее жестокой. Но сильнее она не стала. Пик ее расцвета пришелся на конец существования Советского Союза. Организованная преступность, собственно, и стала той силой, которая оказала огромное влияние на формирование постсоветского пространства.

– Под русской мафией сейчас вы подразумеваете граждан России, этнически русских, граждан СНГ и Балтии?..

– Всех, кого вы перечислили. Славяне, армяне, азербайджанцы… Правильно говорить «постсоветская организованная преступность», потому что она состоит из граждан стран бывшего соцлагеря.

– Как вы изучаете русскую мафию?

– Это и интервью с представителями правоохранительных органов, и с жертвами организованной преступности, и изучение уголовных дел в России и за рубежом, и чтение прессы.

– Можете называть наиболее известные фигуры русской мафии?

– Конкретных имен я не называю.

– Так вы чувствуете себя безопаснее?

– Во-первых, могут засудить. Во-вторых, даже если избавиться от одного из боссов мафии, кто-то его заменит. Слишком концентрируются сейчас на конкретной личности, а проблема эта – структурная и для общества опасная. В итоге личность уходит, боссом становится его заместитель, а проблема остается…

– Какие отрасли экономики и бизнеса в наибольшей степени поражены постсоветской мафией?

– С самого начала своего существования российская организованная преступность вовлечена в финансовый и банковский сектор, в недвижимость. Все операции имеют модель операций с природными ресурсами. То есть так же, как и нефтью, торгуют женщинами. Как и в случае с нефтью, не заботятся о том, чтобы «ресурс» не исчерпался.

– Какие крупные чиновники связаны с русской мафией?

– Могу сказать лишь, что везде в мире организованная преступность связана с коррумпированными чиновниками – не только высокопоставленными. Это условие ее существования. Нигде в мире организованная преступность без коррупции среди чиновников не выживает.

– Кто из олигархов связан с русской мафией или ею и является?

– Любой крупный бизнес в России, включая бизнес олигархов или средний бизнес, связан с организованной преступностью.

– В одном из интервью вы сказали: «Неприкосновенность, которую Россия обеспечивает победившим на выборах чиновникам, как раз и заставляет преступников идти во власть». Исключительно российская черта?

– Итальянский мыслитель и правовед эпохи Просвещения Чезаре Беккария утверждал, что гарантированность наказания важнее, чем его суровость.  В случае с российской организованной преступностью нет ни гарантированности, ни в общем-то суровости. Очень мало людей удалось наказать, поэтому другие никакого риска не ощущают. Аресты редки и как бы случайны, за ними, как правило, следуют освобождения. Эта проблема международная, системная

– Представляет ли русская мафия угрозу США и почему?

– США гораздо больше угрожают группы организованной преступности из Латинской Америки, связанные с торговлей наркотиками – они действуют в более чем 200 городах США. Постсоветская организованная преступность в США действует, как и многие другие группировки, в финансовом секторе, страховании. Так что для США она не представляет угрозу, а скорее составляет предмет беспокойства.

– Что надо сделать России для усиления борьбы с организованной преступностью?

– В России должна появиться политическая воля, которая бы борьбу с организованной преступностью и коррупцией поощряла. Без этой политической воли никому возможность как-то решить проблему и не представится. Должно быть больше международного взаимодействия. Должна быть свободная пресса, в которой бы публиковались расследования о коррупции и организованной преступности. Должна быть гарантирована защита журналистов. Наконец, должно быть гражданское общество, которое все эти вопросы беспокоят.

Елена Власенко, Никита Татарский, Михаил  Шевелев

Источник: http://www.svobodanews.ru/content/article/24236795.html

Оставить комментарий