Февраль 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Янв    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728  
Архивы

Трагедия Крымска была неминуема… Но предсказуема

Эксперты предупреждали об ударе стихии ещё десять лет назад

В Крымске продолжается разбор завалов и поиск жертв наводнения. На данный момент число погибших в результате ужасного наводнения в Краснодарском крае достигло 172 человек, 17 жителей считаются пропавшими без вести. 400 человек получили травмы сильной и средней тяжести, еще 400 — легкие ранения, 185 человек было госпитализировано, из них 23 ребенка. Полностью или значительно разрушено более 5 тысяч домов. Всего в результате разгула стихии пострадали почти 35 тысяч человек.

Премьер-министр Дмитрий Медведев распорядился выделить средства из федерального бюджета для оказания помощи Краснодарскому краю. На строительство и приобретение жилья, а также на выплату компенсаций пострадавшим, из казны будет выделено 3,8 млрд рублей. Контроль за выделением средств, с которыми пока полная неразбериха, возложен на вице-премьера Ольгу Голодец.

Весьма показательно, что многие черты нынешней трагедии совпадают с наводнениями 2001-2002 годов в этих же местах. При этом губернатором Краснодарского края тогда был тот же Александр Ткачев. Парламентский запрос Госдумы Генеральному прокурору Российской Федерации Устинову В.В. «О чрезвычайной ситуации, сложившейся в результате стихийного бедствия в городе Новороссийске Краснодарского края» содержит довольно точные формулировки.

«В начале августа 2002 года на город Новороссийск выпало небывалое количество осадков, за которыми последовал смерч, повлекший за собой человеческие жертвы, разрушение объектов жизнеобеспечения, транспортных магистралей, объектов жилищно-коммунального хозяйства. Погибло более 50 человек…

Последствия наводнений, произошедших в декабре 2001 года — январе 2002 года и в июне 2002 года в Краснодарском крае, должны были изменить отношение к стихийному бедствию…

Должностные лица администрации Новороссийска, ответственные за безопасность жителей и отдыхающих (когда в августе на город обрушился новый удар стихии – ред.), в очередной раз не приняли должных мер по предупреждению стихийного бедствия и подготовке к нему, проявили преступную халатность, невнимание к жителям своего города и отдыхающим. Кроме того, должностные лица администрации города Новороссийска Краснодарского края не признают своих ошибок и до сих пор пытаются уменьшить степень своей вины и размеры причиненного стихией ущерба, дезинформируя федеральные органы государственной власти о его реальных размерах.

С 21 июля 2002 года на территории Краснодарского края сложилась чрезвычайная ситуация. Однако городские службы не предприняли необходимые меры по подготовке к стихийному бедствию: не проводились расчистки ливневой канализации, русел рек, не поддерживались в надлежащем состоянии гидротехнические сооружения. Так, прорыв плотин Владимировского и Глебовского водохранилищ повлек за собой человеческие жертвы и колоссальные разрушения, чего можно было бы избежать при проведении предварительного ремонта плотин и своевременного сброса воды из этих водохранилищ. В результате смерча большой ущерб причинен урочищу Широкая Балка, в стометровой прибрежной полосе которого с 1992 года велось незаконное строительство объектов торговли, общественного питания, баз отдыха.

В нарушение требований законодательства Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций жители города Новороссийска Краснодарского края и отдыхающие не были проинформированы о надвигающейся стихии. Таким образом, должностными лицами администрации города Новороссийска Краснодарского края не были приняты предусмотренные законодательством меры, что и привело к увеличению числа человеческих жертв и ущерба. То обстоятельство, что информация о смерче, надвигающемся на город Новороссийск Краснодарского края, поступила 6 августа 2002 года, свидетельствует о наличии у должностных лиц администрации города Новороссийска Краснодарского края возможности принять соответствующие превентивные меры.

Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации обращается к Вам, уважаемый Владимир Васильевич, с просьбой провести проверку исполнения должностными лицами администрации города Новороссийска Краснодарского края требований законодательства Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций и в случае необходимости принять соответствующие меры прокурорского реагирования. О результатах проверки и принятых мерах просим проинформировать Государственную Думу.

4 октября Генеральная прокуратура Российской Федерации предъявила обвинения главе администрации Новороссийска Валерию Прохоренко и руководителю центра Гидрометеослужбы Карачаево-Черкесии Йенсен-Данильчуку. Их обвинили в халатном отношении к своим обязанностям во время наводнения на юге России летом 2002 года. Им вменялось в вину халатность, точнее — несвоевременное оповещение людей о надвигающейся стихии».

Ответственным за человеческие жертвы в 2002 году суд признал мэра Новороссийска Валерия Прохоренко. В приговоре говорится, что власти «пренебрегли информацией о наступающей стихии и не обеспечили своевременное предупреждение населения». Прохоренко был осужден на 3,5 года условно за халатность. Руководителя центра Гидрометеослужбы Карачаево-Черкесии Галину Йенсен-Данильчук суд оправдал, но она была понижена в должности на ступень — до заместителя руководителя. Так закончилось расследование ливневого наводнения на Кубани 10 лет назад. Однако даже за этот срок урок властями так и не был извлечен. И вновь человеческие жертвы…

Но, к сожалению, это не единственный регион страны, в котором водная стихия может вызвать катастрофы. О том, насколько человек защищен от случайных наводнений в различных регионах России «СП» спросила известного гидротехника, доктора технических наук Анатолия Епифанова. За плечами эксперта НПО «Научно-технический центр» более 50 лет исследований безопасности и прочности всех гидросооружений в Сибири, в том числе — плотины Саяно-Шушенской ГЭС.

«СП»: — Анатолий Павлович, на ваш взгляд специалиста, что послужило причиной ужасной трагедии у Черного моря?

— Почему вспучилась река? Это общая проблема рек – на их берегах живут люди, которые, как правило, своими строениями и хозяйственными сооружениями занимают часть русла. Это существенно уменьшает пропускную способность русла, в результате базовый уровень воды существенно повышается. В Краснодарском крае сошлись вместе и горный рельеф местности с крутыми берегами, и вмешательство человека в русло реки в результате хозяйственной деятельности. Так что это создало условия для затопления.

Но главная причина – это все-таки, на мой взгляд, сверхъестественный объем воды, который прошел по реке. Такие ливни, когда менее чем за сутки выпадает годовая норма осадков для влажной местности, случаются, наверно, один раз в 5 тысяч лет. Так что этого в хозяйственной деятельности власти не могли учесть в полном объеме. Но, правда, у меня есть впечатление, что и не пытались учесть. Думаю, техногенный фактор значительно усугубил проблему. Без этого фактора волна не была бы такой высокой. А об этом сегодня вообще не говорят.

«СП»: — То есть одновременно сошлись аномальный ливень и ошибки при проектировании хозяйственной деятельности на берегах?

— Я думаю, эти два фактора — основные. Версия, которую высказывали некоторые СМИ о том, что виновато руководство водохранилища, велев спустить воду с плотины, на мой взгляд, несостоятельна. Во-первых, затворы на плотинах, как правлю, автоматические – они делают работу без участия человека, когда давление воды на них превышает норматив. Если бы из водохранилища не был сделан сброс части воды, и пострадала бы сама плотина, то разрушения были бы на порядок больше, как и счет человеческих жертв. С точки зрения гидродинамики это очевидно.

«СП»: — Но ведь человек вмешивается в русло реки не только в этом районе. В каких городах этот фактор привел к значительному подъему уровня воды?

— Проблемы есть во многих местах. В Красноярске, в котором я живу, и мосты, и музей им. Ленина, и ряд других строений залезли фактически в сам Енисей. Уровень воды в реке все время выше нормы. В случае особо полноводного паводка будут обязательно крупные неприятности, подтопления. Мы не имели право так менять условия эксплуатации реки. Тут есть еще один любопытный момент: в верхнем бьефе (часть реки или водохранилища, примыкающая к плотине — прим. ред.) развернулось частное строительство. Сейчас там модно строить бани. Людей можно понять – рядом река, природа, свой дом. Но из-за этого водохранилище выше города нельзя наполнять полностью¸ до отметки 243 метра. Потому что эти бани строят не простые люди, и как только им становится некомфортно на берегу из-за поднятия воды, они звонят через знакомых в госорганах и запрещают руководству плотины повышать уровень воды на берегах. Я писал официальные письма в инстанции о том, что это мешает организовывать работу плотины. Но никаких ответов не получил. Хочу обратиться лично на приеме к мэру Красноярска, с которым я давно знаком, работали вместе 8 лет, что надо как-то вопрос урегулировать. Ведь по сути, жилищное строительство ведется в зоне затопления!

«СП»: — В каких еще городах возможны подтопления из-за высокого уровня воды?

— Сегодня мне звонили из Иркутска с этим вопросом, я их успокоил. Потому что у них есть над городом Байкал, который даже огромные объемы паводковых либо ливневых вод примет с минимальным повышением уровня воды.

Что касается других крупных рек, то на Оби, в связи с изъятием больших объемов гравийных масс ниже Новосибирска с ложа реки, уровень значительно понизился, что создало проблемы для судоходства и осложняет забор воды для водоснабжения. В самом городе судовые сооружения для речников на плотине торчат из воды. Но это другая проблема. Как раз риск затопления города ниже. То же самое касается Омска – из-за излишнего водозабора Иртыш значительно обмелел, и судоходство в критическом состоянии.

«СП»: — Наверно, это проблема и для ГЭС, когда низкий уровень воды?

— С понижением уровня происходит увеличение скорости течения. Так что за счет большего напора выработка электроэнергии может даже увеличиться. Другой вопрос, а готовы ли сооружения к повышенному напору? Выдержат ли лопатки турбин постоянный высокий ток?

Та трагедия, которая произошла на Саяно-Шушенской ГЭС – это тоже вопрос оборудования, а не прочности плотин или скорости воды. Ведь подобная проблема была уже ранее на другой, гораздо меньшей плотине — Нурекской ГЭС в Таджикистане, когда сорвало шпильки на турбине. Но после разбора полетов на материалах дела написали: «Совершенно секретно». И все – главное, чтобы не было шума. А я считаю, что, если бы о проблеме говорили открыто, то проектировщики по-другому писали бы технические регламенты для той же Саяно-Шушенской ГЭС. Например, проверять или менять шпильки через такое-то время. И никаких трагедий вообще бы не было. Но монополистам гласность не выгодна.

«СП»: — То есть сами плотины не вызывают вопросов?

— В Сибири необходимо исследовать плотину в Богучанах. Я готов эту работу сделать даже бесплатно за неделю, пусть только проживание на этот срок обеспечат.

«СП»: — А что касается Волги? Ведь это крупнейшая река в Европе»?

— Бетонные сооружения на Волге имеют срок эксплуатации свыше 50 лет. Это очень много. И это, конечно, приводит к «старческим болезням». Но они касаются оборудования, а не плотин: турбин и других механизмов. В целом создание каскада водохранилищ на Волге привело к снижению скорости потока. Это во многом плохо для экологии, жизни в реке, для отдыха людей, но не создает проблем для безопасности. На безопасность, повторяю, влияет изношенное оборудование, которое уже «устало» из-за долгого срока работы во многих местах. Монополистам, которые определяют эксплуатацию сложных технических сооружений на реках невыгодно открывать такую информацию.

Уроки, которые не пошли впрок

Впрочем, иногда «утечка» все же происходит. В 2003 году вышла книга «Катастрофические наводнения начала XXI века: уроки и выводы». Ее авторы — Ю. Воробьев, В. Акимов, Ю. Соколов, проанализировав стихийные бедствия в начале «нулевых», назвали причины, по которым природные катаклизмы приводили к человеческим жертвам и наносили огромный экономический ущерб.

Многое ли изменилось за то время, что вышла книга? Трагедия Крымска позволяет ответить на это вопрос.

«…Основной вклад в бедствие вносят не географические, а социальные факторы.

Из прошедших катастрофических затоплений можно извлечь немало уроков, которые могут послужить основой для размышлений, выводов и поиска ответов на традиционные русские вопросы…

Избежать катастрофических последствий наводнений можно при соблюдении трех условий: точный прогноз ситуации, своевременные и эффективные действия властей всех уровней по ее предотвращению и строгая персональная ответственность за несоблюдение первых двух условий. К сожалению, все эти условия не выполнялись. К тому же сама по себе природа не наделала бы столько бед, если бы человек ее сам не провоцировал: дамбы не ремонтировались 20 лет, русла рек не очищались 10—15 лет и т. д. Так, русло Кубани последний раз прочищалось около десяти лет назад, инженерные работы на водохранилищах проводились двадцать лет назад. Паводковой воде просто некуда было деваться, кроме как идти на населенные пункты. Как говорят специалисты, профилактика паводков, прогнозы, отселение, а главное — ремонт дамб и проведение противопаводковых мероприятий, в том числе и экстренных, позволяют предотвратить порядка 70 % обычных паводков. При этом затраты на профилактику и ликвидацию идут 1 к 30.

Среди основных причин, усугубивших разрушительные последствия наводнения, — неподготовленность общей системы водохозяйственных служб, отсутствие заблаговременного оповещения органов управления и населения о приближающемся бедствии, а также неразбериха среди собственников водных бассейнов, которая возникала всегда, когда вставал вопрос, кому заниматься очисткой рек.

К частным урокам следует отнести следующие:

— часто наводнения происходили и развивались настолько стремительно и внезапно для властей, что требовали принятия экстренных, поспешных мер уже в ходе затопления местности и населенных пунктов, а не до их затопления;

— наводнения выявили крайнюю степень запущенности в решении проблемы ответственности за состояние и содержание гидротехнических сооружений, наличие большого числа просто бесхозных сооружений, находящихся в неудовлетворительном состоянии. Этому свидетельство — прорыв многих плотин и заградительных дамб — Ленск (Якутия), Киренск (Иркутская область), Невинномысск (Ставропольский край), Темрюк (Краснодарский край), Хатукай (Адыгея) и др. Выяснилось, что у 18 тысяч гидротехнических сооружений много различных собственников (пять министерств Российской Федерации), а одна река может принадлежать нескольким ведомствам;

— недостаточность в готовности и подготовке спасательных формирований, в самой организации поисково-спасательных работ в зонах наводнений. Например, недостаточно оперативны были во время развития чрезвычайной ситуации спасатели Ставропольского края, Адыгеи и Северной Осетии;

— резкое сокращение за последние 10 лет гидрологических постов наблюдения на реках России, их крайне слабое техническое оснащение специальными приборами и средствами связи. Например, за последние 10 лет количество наблюдательных постов и водомерных станций сократилось в целом на юге России вдвое, а в Карачаево-Черкесии — в 5 раз, в Приморье — на 40 %, в Иркутской области в 3 раза;

— слабо отработан вопрос информационного обмена в рамках системы мониторинга, лабораторного контроля и прогнозирования чрезвычайных ситуаций;

— недостаточная подготовленность руководителей, особенно органов местного самоуправления, в области предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Некоторые руководители органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления не смогли правильно оценить масштабы и опасность чрезвычайной ситуации, не обеспечили своевременное оповещение и информирование населения об угрозе возникновения чрезвычайной ситуации, не провели эвакуационные мероприятия;

— запоздалая реакция местных органов власти на развитие обстановки и как следствие этого — замедление в организации поисково-спасательных работ в зонах наводнения. В ряде случаев эвакуация населения происходила одновременно с проведением спасательных работ;

— недостаточная координация действий исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации и различных ведомств при организации работ по предотвращению наводнений и при организации спасательных работ».

Николай Чеховский

Источник: http://svpressa.ru/economy/article/56830/

Оставить комментарий